Измена в подарок

Поверх — липкий бинт. Не помню, как это чудо медицины называется, но лучше пока ничего не изобрели.

Бинт этот поселился в моей машине с тех пор, когда я возил к врачу младшего сына сестры. Шустрый пацан умудрился сломать руку в год и превратить это из трагедии в сплошное развлечение.

— Готово! — делаю последний оборот ярко-жёлтого бинта с принтом в виде улыбающихся смайликов.

— Спасибо, добрый доктор. Я буду самой яркой в этой деревне, — звонко смеясь, разглядывает получившуюся картину и прячет под рукав.

— На здоровье.

— Лета? — в её глазах горит любопытство, подпитанное удивлением, а когда я открываю двери в теплицу, начинают сиять ещё ярче.

Здесь действительно лето. Шесть рядов стеллажей с тремя уровнями посадки, и на каждом созревает клубника. Стабильные плюс двадцать пять, световой день минимум четырнадцать часов, высокая влажность, аромат травы и спелых ягод.

Мирра осторожно крадётся между рядами, разглядывая всё вокруг, легонько касаясь лепестков и улыбаясь маленьким белым цветкам.

— У нас пятнадцать минут до того, как включится полив. До этого лучше справиться, если не хочешь промокнуть.

— С чем справиться? — оборачивается Мирра, а я достаю из коробки на входе новое лукошко и вручаю очарованной девушке.

— Со сбором клубники, конечно.

Она почему-то смущается, но аккуратно выбирает самые спелые. Хочется немного подразнить, и я срываю крупную ягоду, ополаскиваю в рукомойнике и подношу к сочным губам Мирры.

— Попробуешь? Смотри, какая красивая.

Её зрачки моментально расширяются, а над верхней губой появляются бисеринки пота. И правда, становится жарковато. Не только от температуры в теплице. Особенно когда она вонзает свои зубки в красную плоть. Когда по губам порочно стекает сладкий сок. Когда я растираю каплю пальцем и слизываю с него сладость. Когда сцеловываю этот вкус с губ Мирры, а она тихонечко стонет мне в рот, совсем растворившись в моменте.

Где-то вдалеке слышен писк предупреждающий о включении полива, но сейчас плевать.

Мозг отключается не весь. Поблёскивающие мелкие капли росы в волосах Мирры — это, конечно, очень нежное зрелище, но она только выздоровела и снова болеть ей точно не стоит. С сожалением отрываюсь от самого вкусного десерта, а она тянется за мной, пытаясь поймать, чтобы продолжить.