Парень в красной кепке и в футболке с фирменным логотипом цветочного бутика останавливается посреди холла и мечется взглядом между нашими лицами, лицами девчонок-коллег и дорогих клиенток.
— Извините, а кто здесь Весна? — растерявшись в «малине», спрашивает курьер.
Услышав его вопрос, перестаю улыбаться, застыв за стойкой секретаря. «Весна моя» — так называл меня дома Захар.
— Это я… — тише, чем когда смеялась с Кирияновой, отвечаю ему.
— Вам цветы от поклонника, — кивает курьер и протягивает через стойку охапку лилий.
— Подождите, это не все.
Парень торопливо возвращается на улицу, а я, вцепившись в ароматную композицию, так и стою на месте, приковывая взгляды окружающих.
Вскоре курьер снова заходит с такой же охапкой лилий, а потом еще… и еще…
Кто-то из девчонок убегает за вазами, но позже я понимаю, что их не хватит. Букетов столько много, что они не помещаются на стойке — приходится просить курьера складывать их на пол.
— Полсотни! — всплескивает руками Эльвира Леопольдовна.
— От кого этот опт? Может, ты объяснишь, Лили, где водятся такие поклонники? А то я начинаю завидовать.
— Цветы от мужа, — еле слышно шепчу я, опустив голову.
— Если муж раскошелился на столько цветов, то поводов для радости нет, — хмыкает начальница и, обогнув стойку, останавливается рядом со мной. — Что он натворил? — наклоняется к моему опущенному лицу и выясняет осторожно.
— Пятьдесят букетов за измену… — говорю, сдавливая подступившие к глазам слезы.
— Я узнала о ней позавчера. И это была не разовая ошибка.
Шуршание упаковочной бумаги, которую коллеги разворачивают, чтобы расставить цветы в вазы и ведра, скрывает наш с начальницей разговор от посторонних ушей.
— Захар?! — ахает приглушенно Эльвира. — Да на него все наши девчонки молятся, какой он у тебя заботливый муж. И мне в свое время здорово помогал отбиваться от конкурентов…
— Захар, — вздохом вторю его имя.
— Он объяснил свой поступок любовью к жесткому сексу… уж простите за такое откровение.
— Так укуси его за яйца, раз он любит пожестче, — заявляет начальница на полном серьезе.
Я краснею и слабо улыбаюсь на совет Кирияновой.
Невольно вспоминаю дни, когда еще не знала о предательстве. Были у Захара вспышки неконтролируемой похоти, а я всякий раз пугалась, когда муж пытался нагнуть меня в ванной, шепча на ухо, что я его «маленькая шлюшка».
