Проклятье. Я выключаю телевизор и сажусь на диван. Нахожусь в каком-то оцепенении. Может, это просто розыгрыш. Разве такие «новости» показывают по телевизору?"
"В груди нарастает огромный ком боли. Беру телефон и начинаю гуглить. Попадается статья с видео, где лицо не закрыто… Включаю, и моя последняя надежда умирает. Это точно Егор.
Слёзы начинают капать из глаз. Читаю статьи и не нахожу ответа, как такое возможно.
«…Это произошло сегодня. Во время совещания». Так написано в одной статье. «…Неизвестно, кто выложил в сеть, откуда шла съемка, но точно это здание правительства, его рабочий кабинет.
»
Читаю комментарии, размазывая слёзы по лицу.
«Ну, и что такого, человек во время перерыва сексом занимается. Он не женат. А вы думали, они там все святые, только деловые отношения с секретаршами?»
«Вы видели этого Пожарского, он же секс ходячий, я бы посмотрела это видео поближе, жаль, что «самого интересного» не видно при таком ракурсе.»
Кидаю телефон об пол, он разбивается вдребезги, как и мое сердце.
Вот и закончилась моя сказка о золушке.
Глава 2
Да, магия закончилась, карета превратилась в тыкву.
Как же больно это осознавать.
Я должна была в скором времени стать Пожарской Юлией. Никогда теперь мне ей не быть.
Кривошеиной останусь.
Как любит говорить моя мама: «Все у нас через одно место в семье, криво выходит, поэтому такая и фамилия».
Это правда: в нашей семье семейная жизнь ни у кого не складывается. Бабушка родила от женатого, навлекла на себя позор, пришлось переехать в Тверскую область из Ленинграда.
Мама родила меня от случайной связи. Картошку вместе капала с московскими студентами. Для мамы это была большая любовь, а для моего отца – летнее приключение.
«Меня невеста в Москве ждёт, Свет, не забывай, вспоминай иногда», – сказал он ей на прощание.
Мама была бы рада забыть, но родилась я – как тут забудешь?
И теперь я. Господи, за что? Может, все женщины в нашей семье прокляты?
Закрываю глаза, а в голове, как назло, родной голос Егора: «Маленькая моя, все будет хорошо».
Он старше меня всего на шесть лет, а вот я, правда, себя рядом с ним чувствовала маленькой. Он все за меня решал, я думала всю жизнь буду, как за каменной стеной.
Неужели и мой ребёнок будет расти без отца?
Егор мне изменяет. Как я могла такое пропустить?
Впрочем, чему удивляться. Я же всегда чувствовала, что я не для него. Он не брал меня на свои мероприятия и встречи. Я только рада была: боюсь этого пристального внимания, камер. Нет, лучше дома посижу.
