Но что поделать, если я и есть – простолюдинка без прошлого, дикарка с острова, которую никто не принимает, с которой никто не ведет светских бесед. Я одна.
– Леди Айвина, сегодня мы точно не уйдем с вами с пустыми руками. Ребекка шепнула, что ей привезли заморский шелк, поистине королевский, еще и разных цветов, и кружева с Макропа. Мы обязаны взять отрезы минимум на три платья. И не спорьте со мной!"
"Строго говорит женщина, поднимаясь на крыльцо уютного швейного магазинчика в центре столицы. Здесь покупали ткани самые знатные леди, помещицы и дорогие куртизанки, последних было не так много.
Ритира открывает дверь магазинчика и пропускает меня вперед. В помещении раздается звон колокольчиков, оповещая хозяйку о прибытии новых клиентов. Похоже, та самая Ребекка шепнула о новом товаре не только имперской швее, иначе не объяснить такого скопления женщин.
Они стоят небольшими группами от трех до пяти человек. Матери взяли дочерей и своих швей, вот и толпа сразу.
Мы с Ритирой шагаем вдоль стеллажей, рассматривая самые дорогие материалы.
Похоже, женщина решила сегодня потратить неприлично большую сумму.
– Да уж, дорого нам все обойдется. Но вы – главная женщина в королевстве! Кому как не вам, леди, носить самые лучшие шелка. Вот, посмотрите, какое чудесное алое кружево. Ой, и шелк тончайший в тон. Мы обязаны их взять, – щебечет портниха, прикладывая мою руку к тканям, а я стою ни жива ни мертва, потому что на меня нагло смотрит Матиса.
Любовница Арза, предательница и просто наглая девка даже не соизволила почтенно склонить голову передо мной.
Но хоть подруги ее более учтивы. Правда, от этого легче не становится. Вижу, как девушки прикрывают рты, стараясь замаскировать смех кашлем.
Видя, что я растеряна, Матиса решает отыграть свой спектакль, как великая актриса театра. Ее голос становится громче, а слова, уверена, еще более жесткими.
– Нет, не просите. Я не могу сказать вам, кто мой тайный покровитель. Он слишком знатен, чтобы я называла его имя без позволения, – и бросает на меня колкий взгляд.
Конечно, она может сказать, но это не нужно, все и без того знают в высшем обществе, кто ее покровитель. Это куртизанки могут быть не в курсе. Ритира что-то говорит, но я не слышу ее. Все мое внимание приковано к другой. Я отчаянно выхватываю каждое слово любовницы, несмотря на то, как сильно они ранят. Я должна знать, что она говорит обо мне, что себе позволяет.
– Нет, девочки, не просите. Я дорожу своим мужчиной. Совсем скоро мы будем вместе, не таясь.
