Мы будем что-то обсуждать? Неужели этот кошмар под названием сорванная свадьба для меня не закончился?
Что ещё нужно обсуждать, когда всё и так понятно?
Я вновь взглянула на отца, на его хмурое, суровое выражение лица, и на минуту холод нехорошего предчувствия ужом скользнул под кожу, заставив поёжиться."
"“Это ещё не всё” — набатом прозвенело у меня в голове.
От меня так просто не отстанут…
Почти всю дорогу мы ехали молча. Ни отец, ни тем более маменька не обращали на меня никакого внимания. Будто меня не существовало.
Будто я была пустым местом. А всё-таки, как быстро меняется наше отношение к людям. Ещё неделю назад руки были готовы целовать, а сейчас… И ладно это были бы какие-то дальние родственники, с которыми я мало общалась, нет — это же мои родители!
В провинцию Иза мы прибыли только к следующему вечеру. Я сразу почувствовала свежий аромат роз, исходивший из нашего маленького садика.
Я дома. Наконец-то. Может запереться в комнате на ближайший месяц и носу не высовывать? Уверена, маменька будет только рада.
Сейчас я для неё как бельмо на глазу.
А папа? А что папа? Во время поездки я бросала на него молчаливые взгляды, но он был так погружен в себя, что не замечал происходящего вокруг. Интересно, что сказала ему Пенелопа Голден, и почему семья Алекса не взяла обратно деньги? На что они рассчитывали? Неужели надеялись, что я передумаю? Меня привезут домой, я остыну и передумаю?
Нет! Ни за что на свете. Если уж решила, то нужно идти до конца!
— Приехали! — донеслось снаружи.
— Станови лошадей!
Как только дилижанс остановился, двери тут же распахнулись, и я увидела морщинистое лицо нашего управляющего — Бенджамина Блейзли. Судя по тому, как округлились его глаза, встретить меня он никак не ожидал.
— Мисс? — на выдохе протараторил управляющий.
— Добрый вечер, Бенджамин, — я улыбнулась, но весь более-менее сносный настрой испортило ворчание маменьки.
— Она недостойна, чтобы к ней обращались “мисс”! — голос её был такой холодный, что меня пробрало до костей. — Вставай, живо! — мама обратилась ко мне.
— И немедленно ступай в свою комнату!
Повторять мне было не нужно, я и так хотела, как можно быстрее, остаться одна…
— В скором времени всё королевство будет судачить об этом, — услышала я, перед тем как войти в дом.
Однако прошёл день, прошёл ещё один — никаких заметок и статей в газетах не было. Видимо, семья Голден позаботилась о том, чтобы никто ни о чём не узнал.
Говорят, что дома и стены помогают. Бред! Мне не помогли.
