Сейчас я понимала, что Алекс просто-напросто не любил меня.
— А что будем делать с меткой? Мне даже боги не помогли!
— Я узнавал, есть только один способ…
— Ты знаешь, как её снять?
— Способ не стопроцентный, но были прецеденты, когда метка истинности видоизменялась.
— Видоизменялась? Как это?
Рей смущённо отвёл взгляд. Я даже увидела, как щёки у него немного покраснели.
— Девушка становилась истинной другого дракона.
— И такое возможно? — я разорвала объятия и отступила на шаг назад.
— Да, если один дракон вызовет на поединок другого.
Сердце рухнуло вниз.
Он хочет вызвать на поединок Алекса?
— Мари, ты мне всегда нравилась! — горячо продолжил Рейнанд. — И я очень злился, что ты стала истинной Алекса. Этого недоноска! Он недостоин тебя! — Рей положил горячие ладони мне на плечи. — Если я одержу победу над ним, метка может измениться. Ты станешь моей.
Я не знала, что сказать, стояла в каком-то ступоре. Мысли раздирали сознание, дыхание перехватило, и я почувствовала, что мои щёки начинают загораться…
— Но это нужно сделать в тот же день, когда появилась метка.
Не раньше и не позже. Мари, — дракон взял меня за руки, — когда она появилась? Ты должна об этом помнить.
“В праздник Богини Исини, когда день начинает идти на убыль” — проговорила я про себя. Ровно через месяц.
— Мари, — Рей наклонился и заглянул мне в глаза, — слышишь меня? Скажи, когда я у тебя появилась метка.
— Ты будешь драться с Алеком?
— В драконьей ипостаси, да. Так, ты скажешь…
— Нет, — я помотала головой.
— Ты не хочешь стать моей истинной? — Рей нахмурился.
— Я ведь не Алекс и… люблю тебя.
Упавшее вниз сердце, практически перестало биться, покрывшись ледяной корочкой.
— Я тебе не нравлюсь? — тон дракона стал холоднее.
Я поёжилась и обняла себя за плечи.
— Нравишься, но…
— Но? Ты всё ещё любишь Алекса?
Слова Рея, его предположение резали разум, словно острые заточенные ножи. Нет, Алекса я больше не любила. Вообще не было до него никакого дела. Мне не хотелось, чтобы Рей из-за меня подвергался такой опасности.
А что если ничего не выйдет, он ведь сказал, что способ не стопроцентный. А если Алекс его покалечит или убьёт, как я это переживу? Нет, я не могу пойти на это. Не могу сказать про день появления метки.
— Всё ясно, — Рей выдохнул. — Мне этого золотого гадёныша не переплюнуть, — голос его был холодным, практически ледяным.
Я даже не поняла, как вернулась в свою комнату. Перед глазами всё плыло как в тумане, а мышцы всего тела налились свинцовой тяжестью.
