Онлайн-библиотека книг
— Зачем ты подстроила ту аварию? Сказала Мише, что я ему изменяю? — Алена спрашивает утвердительно, словно она в этом уверена.
Замирает в ожидании ответа.
— Ох, все же не удержал язык за зубами паршивец! — вздыхает мать. — Ничего, Ромка свое еще получит. — Потому что не пара он был тебе! Ты должна была блистать! У твоих ног должны были быть самые влиятельные мужчины! Я тебе добра желала!
Надежда еще что-то там говорит. Но Алена ее уже не слышит. Сползает по стене вниз…
Осознание нещадно избивает ее.
Живот скручивает… В глазах темнеет.
Она едва успевает вызвать скорую…
Далее больница. Она на грани сознания и забытья. Ребенка спасают, а душа умирает.
Никого нет рядом. Она совсем одна. Беременная, никому не нужная.
Кто виноват? Мать?
Нет. Достаточно. Во всем виновата только она сама.
Вечером звонит племянница. Алена не поднимает трубку. Сил на разговоры нет. Набирает сообщение:
«Я в больнице».
«Блииин жаль. Поправляйся».
Вот и весь ответ.
А ведь Алена верила в любовь Зоряны.
Ночью осознание продолжаете избивать. Она мечется на постели. Агония.
Утром что-то заставляет ее набрать племянницу. На душе тревожно. Алена сама не может объяснить себе этот порыв.
— Все плохо! — вместо приветствия заявляет Зоря. — Надо действовать немедленно! Иначе не видать нам наследства. Бабушка все организовала! Маму надо как можно скорее упечь в больничку, а оттуда уже добрые люди в психушку ее оформят. Игорь концы скоро откинет, оформим наследство, а она пусть там валяется.
— Что вы задумали? — спрашивает, едва ворочая пересохшими губами.
— Ай, потом. От тебя сейчас помощи не дождешься! Нашла время, когда в больнице валяться, — раздраженно восклицает племянница.
Надо спасать сестру!
Только в этот момент Алена отчетливо понимает, что Лера ее всегда искренне любила, была ее самым родным и дорогим человеком.
Алена набирает номер Ромы. Он должен знать, он сможет помешать… Их надо остановить…
Глава 70
Роман
Рома идет по мрачной улице, видя перед глазами только Леру. Но не ту ласковую женщину, которую он созерцал шестнадцать лет. Совсем другую, решительную, отстраненную, закаленную предательством, все еще хрупкую, но… чужую… Она больше не с ним душой. Все оборвалось.
