Измена. Второй шанс на любовь (СИ)

Правду от нее про отца я в то время не услышал, давить не хотел. А на шестом месяце беременности у нее опухоль обнаружили. Выбор стоял. Она его сделала, а мы повлиять никак не могли. После родов она прожила всего месяц. Лечение не давало результатов. И вот так, на руках моей матери оказалась моя племянница. Катя, Катенок.

— Я в те времена в работу с головой ушел. Пахал как проклятый, чтобы обеспечить семью. Из долгов вылезти и бизнес развить. Ночами проекты чертил и разрабатывал. Продавал их. И еле концы сводил. Через полгода моими проектами заинтересовалось одно европейское бюро, как они про меня узнали, наверное, случайность чистой воды.

Но, контракт был подписан на сотрудничество. Потом уже, конечно, свое бюро я открыл, быстро, достаточно, курировали меня европейцы, недолго.

— Дела в гору пошли хорошо. Бизнес отделил. Маму с Катей в столицу перевез. Там уже и друзья появились, партнеры, дышать немного легче стало.

— А сколько Катюше сейчас лет?

— Кате семь. Творческая личность. Мы с ней близки очень. Я в городе дом купил для мамы и племяшки.

Мама любит сад, цветы. Катя ей помогать обожает. И проще намного. Привыкли девочки к жизни на земле, этажи не их вариант. В школу этой осенью Катенок пойдет.

В комнате повисает тяжкое молчание. Я ощущаю, как напряжение с плеч мужчины сходит на нет. Они расслабляются. Мне так хочется его обнять, поддержать, разделить тяжесть его ноши.

Не выдерживаю, заглядываю в его глаза. Такие ясные. Смотрят на меня, ждут реакции на услышанное. Я просто привстаю и сажусь сверху на мужчину.

Обнимаю его крепко-крепко. Утыкаюсь носом в местечко на шее и обнимаю, обнимаю…

Мужские руки глядят мою спину. Ладони горячие и жадные перемещаются с поясницы, между лопатками проходятся, шею ласкают. И опять вниз ползут, хаотично. Отрываюсь от его шеи и поднимаю голову, вновь заглядывая в его глаза. И наши губы встречаются. Ощущаю соленый вкус. Не заметила даже, что проплакала слушая.

Отрываюсь от мужских губ, в голове крутится только один вопрос. Зная какой Денис, думаю, ответ он точно получил.

После озвученного вопроса тело мужчины напрягается, чувствую под ладонями его каменные плечи. Молчит, а потом все же отвечает:

— Мудак один, из прошлого. Сестра долго молчала, не говорила имя папаши. Уже перед смертью озвучила. Так, что мы знаем имя и фамилию.

— Извини за такой вопрос. Это слишком личное.

— Вика, — сильнее стискивает ладонями меня, — я тебе практически все про себя рассказал. Так, что вопрос про отца Кати вполне нормальный.