— Ну, я с ним поговорю.
— Не вздумай, тем более что его мнение с моим полностью совпадает. Просто признай — у нас нет шансов, будущего, вариантов. Все. Расходимся.
Я уже устала. От всех, начиная с Сережи, заканчивая Романом и Кириллом.
Где там мой герой?
— Перспективы понятны, но согласиться вот так с ходу — не могу, — наглость и настырность, я считаю, отличительные черты Кирилла Андреевича.
— А, будешь ждать, пока Глеб тебе портрет подправит?
— Да хоть сейчас. Кир, отцепись от моей любимой. Ари, как вы?
Неслышно и незаметно подошедший Глеб утащил нас с Лерой в охапку.
Дочь взбодрилась тут же:
— А папа?
— Уехал твой папа обратно.
— Спасибо, Глеб Максимович. Сегодня он не просто перешел все границы, но и разочаровал меня безвозвратно.
Ох уж эта молодость и ее максимализм.
— Не сердись сейчас, милая. Остынь, подумай: почему, зачем и что вот это вот могло спровоцировать, — скриплю зубами, но я же мать и должна поддерживать у ребенка нейтральные отношения с отцом, хоть мне и хочется орать матом.
Лера шагнула чуть в сторону, оказавшись рядом с Кириллом:
— Он, правда, считает, что ты должна радоваться его вниманию! Мам! Это вообще днище.
Вот просто слов нет, — разрумянившаяся дочь взмахнула рукой.
А когда ее повело в сторону я, увы, среагировать не успела.
Но успел кое-кто другой.
Глава 51
И такая дребедень… целый день
'Я не разбойник и не апостол,
И для меня, конечно, тоже всё не просто,
И очень может быть, что от забот моих
Я поседею раньше остальных….'
Ю. Ким «Белеет мой парус»
Благослови кто угодно реакцию Кирилла Андреевича.
Лерушу он поймал.
Благодарности мои в его адрес бесконечны.
Придержал осторожно голову, облокотив на себя всю крошечку целиком. Поместилась.
— Да, обычно в мои руки девочки валятся намеренно, — хмыкнул этот чудесный человек."
"— Если ты еще не уловил — это особенные девочки, — буркнул Глеб, удерживая меня, потому как я рвалась броситься к ребенку.
Кот подскочил к Кириллу с бутылкой воды и фыркнул сестре в лицо. Спасибо, не полил, как раньше.
Вырос мальчик, соображает.
Глеб, продолжая обнимать меня обеими руками, оглядел скульптурную группу спасителей Леруши и зашептал в макушку:
— Погоди, Ариш, сейчас. Все будет нормально.
А потом, почти без перехода, в полный голос уточнил у медленно моргающей дочери:
— Валерия! Как ты?
— Вроде норм, но я бы полежала, — встряхнула головой моя радость.
— О, тогда едем домой, — тут меня уже не удержать никому.
Детям нужен отдых.
Все. Пора и честь знать.
