— Леруш, ты хоть про контрацепцию-то не забывай, а то весной прилетишь к нам колобком в академический отпуск по беременности.
Их коридора доносится веселый смех, потом короткое «Конечно!» и хлопает дверь.
Да, мать, вот и дожила ты до тихого спокойного одинокого вечера.
Можно и вещи собрать, и поработать, однако.
Приготовив к погрузке чемоданы, сумки и коробки с самым важным, выдохнула, сбегала в душ и пошла работать.
Перестроиться с детских ужастиков на адскую душе-выворачивающую драму взрослых взаимоотношений сложно.
Но можно."
"К моменту возвращения Кости у меня был «в черне» завершен горящий процессник, а пришедшие редакторские правки к роману «Измена. Кто я без тебя?» были мной разобраны и согласованы. А в ответном письме оказался очередной сюрприз:
«Если Вы не возражаете против полумягкой цветной обложки, то тираж будет готов к началу ноября. Там у нашего издательства будет большой круглый стол в Петербурге, так что и презентацию ко Дню народного единства можно будет устроить».
Это точно компенсация.
Выдохнула, приняла таблетки, дособирала вещи.
Немножко нервно побегала по кухне с Тигрой Вторым на руках, а потом пришел «главный мужчина в доме»:
— Мам, ложись уже. Завтра с утра Лерку в аэропорт везти. А потом нам самим переезжать. Ну, тебе бы отдохнуть, а? Все с ней нормально будет. Не обидит ее Кирилл Андреевич.
Кирилл Андреевич?
Вашу же мать… опять я все пропустила.
Глава 69
Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены
'Крылья сложили палатки — их кончен полёт,
Крылья расправил искатель разлук — самолёт,
И потихонечку пятится трап от крыла,
Вот уж действительно пропасть меж нами легла…'
Юрий Визбор «Милая моя»
Обычно, когда мне в шесть утра случается открывать входную дверь, я не так чтобы сильно благодушно настроена.
Особенно если делаю это изнутри.
А тут прямо не смогла удержаться, весело хмыкнула:
— Я смотрю, прощание удалось.
Дочь хихикнула, широко улыбнулась, а потом как-то беспомощно на меня взглянула:
— А он не знает, что это было прощание.
О, как.
А барышня-то моя не мелочится. Шок — это по-нашему.
— Ого, так некоторые могут это воспринять, как огромный аванс. Да, Валерия Романовна, не ищите вы в жизни лёгких путей.
Леруша обняла меня, фыркнула в плечо и прошла в кухню. И прилетело мне оттуда неожиданное:
— Тут я, видимо, в тебя удалась, мам.
Ну что сказать? Выросла, уела.
Мы как раз накрыли к завтраку стол, когда из своей комнаты появился бодрый и собранный на выход Кот.
