В смысле, наберу? Вы там сговорились что ли?
Чувствую, как злость разливается в теле. Нет, так просто я его не отдам!
***
Глава 14. Влад
— Опять вы? — рычу на тещу вместо приветствия. — Снова выносите мозг Полине?
— Владик, ну что ты… — оправдывается она."
"Как же я ненавижу, когда меня называют “Владиком”. Готов стену кулаком проломить. Хорошо, что жена с первого раза поняла, что со мной так не нужно.
— Доченька, хорошо ведь все?
Полина кивает, но я вижу, как она сжалась в комок. Подтянула коленки, прижала руки к груди.
Нежная, хрупкая, беззащитная.
Никогда ведь не признается, что ей плохо. Если бы я сам пару раз не слышал, как с ней мать общается, ни за что бы не поверил, что она настолько двулична.
Вот и сейчас у Полины покрасневшие глаза. Опять нервы потрепала.
— Ей нужен отдых.
— Да-да, конечно! — теща усаживается в кресле поудобнее, закидывает ногу на ногу. Кажется, мои намеки она не понимает.
Чувствую, как к лицу приливает жар, а ноздри раздуваются. Скрещиваю руки на груди. И не хочется ей грубить, но, видимо, придется.
Все еще не могу забыть ей то, что она пыталась провернуть, используя Полину.
— Вы зачем пришли? Не видите, что ей тяжело с вами общаться?
— Владик, ну что ты такое говоришь? Разве я могу навредить дочери, — теща начинает причитать, повышая голос. Ищет рукой пояс, находит, начинает теребить.
— Перестаньте, пожалуйста, — Полина приподнимается с кровати.
— Мы не ругаемся, просто Елизавете Александровне пора, — вопросительно смотрю на тещу. Думаю, по взгляду она понимает, что сейчас ей лучше согласиться с моими словами.
Не знаю, как тесть, такой интеллигентный человек, мог выбрать в спутницы жизни эту хабалистую женщину. Хорошо, что Полина ее полная противоположность. Мать громкая, активная, везде хочет влезть. В том числе в нашу жизнь. Полина же скромная, тихая и говорит только по делу.
— Влад прав, доченька, засиделась я. — Тон становится заискивающим. Мне слышится в этом наигранность. Так в фильмах убийцы ласково разговаривают с жертвой перед тем, как нанести удар.
Еще бы я был не прав.
Теща быстро целует Полину в щеку, берет со стола сумку и выходит.
С первого дня с Елизаветой Александровной у нас не сложились отношения. Вернее, у меня с ней. Ну вот не верю я ей.
Поначалу теща хотела, чтобы мы жили по ее устоям. Шкаф должен смотреть на восток, кровать еще куда-то. На завтрак обязательно овсянка на воде и вареное яйцо. Она могла прийти в семь утра и пилить дочь, что стол еще не накрыт.
