Я, как та одинокая сосна на картине, гнусь под ветром, но не ломаюсь. В каждой семье свой жизненный уклад. Если я его приняла с самого начала, не мне и менять.
В гостиной слышу приглушенный женский смех, осматриваюсь, вижу полоску света под дверью кабинета Глеба.
Подхожу, теперь различаю в смехе шаловливые нотки, и раскатистый бас мужа вторит ему.
Неужели?
Холодом сквозит по ногам, невольно передергиваюсь. Сердце останавливается от шока. Резко распахиваю дверь: Глеб развалился на диване с бокалом в руке, а напротив него сидит в кресле Маргарита и что-то рассматривает на экране ноутбука.
Ничего криминального. Вот совсем!
Тогда почему так больно в груди, что хочется кричать?
– Дорогая, – тут же вскакивает муж. – Рита просила показать ей наши семейные фото.
– И ты, конечно, выбрал самые смешные?
– Помнишь, праздник красок, на который мы попали в Индии? Ты была такая милая! Смотри!
Глеб тащит меня к ноутбуку, Маргарита недовольно дергает углом рта, но отодвигается.
Я не узнаю сегодня мужа.
И чего он так суетится? Неужели эта Рита так на него влияет?
О боги, как избавиться от подозрений, которые все множатся?
С трудом фокусирую взгляд: на экране наши фото с праздника. Мы оба перемазаны краской от головы до пят и корчим рожицы.
– Дина, вам очень идет этот образ, – яд так и каплет с языка Маргариты.
– Образ кого? Чумазой дурочки?
– Ну, это сказала не я.
– Глеб!
Я стискиваю кулаки так, что ногти впиваются глубоко в кожу.
– Девочки, не ссорьтесь! – Просит чересчур оживленный муж.
– А где господин Гвоздев и Влад?
– Алла Борисовна развлекает одного, а Лялька другого.
– Непорядок!
Муж подхватывает нас с Маргаритой под руки и тащит из кабинета вон. Я цепляю взглядом какой-то снимок в углу экрана, что-то царапает меня, но мысль ускользает, так и не оформившись.
Гости уходят через час. Я убираю со стола и морщусь: живот опять тянет. Я устала от ноющей боли, от суеты, подозрений, хочу принять душ и лечь спать.
– Ты скоро?
Оборачиваюсь: Глеб стоит у кухонного острова и крутит в пальцах апельсин.
– Сейчас. Еще чуть-чуть.
– Дин, брось ты все это!
Муж забирает у меня губку, обнимает и тащит в спальню. – Хочешь, мы тебе помощницу наймем?
– Не начинай, – хмурюсь я. – Мы это уже проходили. Твоей маме никто не нравится.
Это было действительно так. Как только в доме появлялась помощница, Алла Борисовна находила сотню причин, чтобы к ней придраться. Горничные увольнялись, не успев даже начать работать в полную силу.
