Измени меня

Стёпа же время от времени надолго задерживался на Полине взглядом, словно пытался прочесть что-то в её облике. А самое ужасное, что эти взгляды заметил Глеб. Но Поле было почти всё равно, что об этом подумает её мучитель: всё то, чего она боялась, уже произошло.

- Что ты сказала, мам? – пролепетала Маруся, борясь со сном изо всех сил.

- Я сказала, что перестала верить в принцев, - с грустной улыбкой ответила она, отводя от личика малышки прядку непослушных волос.

- А в кого ты тогда веришь? – Маруся приоткрыла глаза, и в них Поля прочла серьёзность, которую было странно видеть в глазах такого крошечного ребёнка.

- Я верю в злодеев и судьбу.

- Хочешь, я спрячу тебя от них в моём замке? – Маруся приподнялась на постели, обнимая Полину и прижимаясь к ней всем своим маленьким, горячим телом.

- Ты думаешь, у нас получится от них спрятаться? – смаргивая обжигающие слёзы, спросила Поля, прижимая к себе девочку.

- А если нет, то нас спасёт принц, я в него верю!

Давно Степан не испытывал настолько противоречивых чувств.

Наверное, с тех самых пор, как понял, что Злата для него – нечто большее, чем жена друга. Понял? А может, придумал? Всё то, что он испытывал по отношению к Злате теперь казалось каким-то далёким и неземным. Но не тем, что ему хотелось испытывать и дальше. А вот Полина…

Полина была той, кто пробудил в нём земные чувства, но именно они и казались самыми настоящими. Он боролся с ними, просто попытавшись не пустить их в свою жизнь.

Но разве можно было избавиться от того, что стало настолько нужно? И то, чего он сам хотел?

И насколько же горькое разочарование ждало его сегодня, когда он переступил порог этого дома и понял, что Поля принадлежит другому! Разочарование, по-иному не назовёшь. Всё то время, когда Полина была рядом, он пытался прочесть в её глазах, что всё происходящее неправда. Что оно показалось ему, и стоит им увидеться вне этих чужих стен, как всё развеется, как наваждение.

Но нет. Полина отводила глаза, стараясь встречаться со Степаном взглядом как можно реже или не встречаться вообще. А потом и вовсе ушла к дочери.

Стёпа почти не прислушивался к разговору между Владом и Глебом, которые, расположившись в гостиной с бокалами виски, обсуждали кажущиеся малозначимыми дела. Он лениво прошёлся по помещению, рассматривая снимки, расставленные на полках. Странно, но ему казалось, что Поля не счастлива на них.