Муж возвращается расстроенный. Наверное, получил хороший нагоняй от босса?
Теперь будет ходить как в воду опущенный, но мне и слова не скажет. Боится, что «узнаю» о его
величайших похождениях.
— Вот ключи. Пожалуйста, будь осторожна, Анют — отрешённым голосом произносит муж, положив ключи на комод.
— Ты за меня переживаешь или за машину свою?
— Конечно, за тебя, глупышка.
Антон присаживается на кровать и обхватывает голову руками. В сердце ёкает что-то. Хоть и
отчётливо помню, что застукала его на измене, а ведь любила эту сволочь.
Мне жаль его. Может, стоит отпустить? Сказать, что правду знаю, послать на все четыре стороны?
Присаживаюсь рядом и кладу руку на плечо мужа. Он вздрагивает, выдавливает улыбку и смотрит
на меня, словно в это мгновение готов сознаться во всём, но нет... Мне просто показалось.
— Что случилось? Начальник ругался на тебя? Ты такой грустный?
— Да всё хорошо, кисуль. Я просто устал. Сил что-то нет Может, я заболел?
Наверное, прилягу спать, пока ты ездишь к бабуле.
Привет ей передавай от меня.
Говорит так, словно он — невинная жертва, ей-богу! И ведь, что самое противное, — на меня это
действует. Справлюсь ли я? Смогу ли довести месть до конца, если мне уже сейчас стало жаль
его?
— Ладно. Договорились. Коробки поможешь вниз спустить? Всё-таки их немало пришло за
неделю.
НУ а что? Пока он мой муж, вот пусть и помогает. Не просто так же живёт в моей квартире. А
сближаться я с ним не планирую. Не смогу забыть, как он похотливо втыкал свою вилочку в
аппетитную булочку.
— Конечно, любимая. Помогу. Говори, что нужно спустить.
Я показываю Антону на коробки, которые следует погрузить в багажник. Они не тяжёлые, и я бы
справилась одна, но придётся в несколько ходок, а мне лень. И вообще. Мне стоит как можно
быстрее убраться от муженька, чтобы не проникаться к нему тёплыми чувствами и жалостью.
Если сейчас жалею его, то что будет потом? Когда доведу его до ручки и исполню свой план?
Муженёк помогает спустить коробки и погрузить их в багажник Несколько приходится поставить
на заднее сиденье в салоне, ведь там особенно хрупкие товары.
— Ну всё, кисуля, будь умницей. — Антон целует меня в лоб и уходит.
А ведь всё было так хорошо.
Я влюбилась в этого очаровательного засранца, думала, что вместе до конца жизни будем. Он так
красиво заливал о любви, что я бы никогда не подумала об измене.
Гад! Гад! Гад+
Сажусь в машину и пытаюсь расслабиться. Пусть хотела тюкнуть её ненароком, но жалко мне.
