Измены

Сын вздыхает в трубку.

— Ясно… Ладно, пап. Увидимся.

Я кладу трубку и еду за Василисой. Гружу в автомобиль три ее чемодана. На дачу мы едем молча.

— Пап, а может, не будете разводиться? — дочь все-таки прерывает молчание.

— Как это не будем? Завтра суд. Твоя мама твердо намерена повторно выйти замуж.

— Когда ты уехал, она на все дни закрылась в номере и даже не выходила. Мне кажется, она передумала разводиться.

— Зато я не передумал, — говорю уверенно.

Я действительно решительно настроен развестись.

Даже сам удивляюсь. Еще никогда и ни в чем я не был уверен, как сейчас. Просто я столько лет пытался наладить наши отношения, что мое терпение уже просто лопнуло. А Аня пускай научится нести ответственность за свои слова и за свои поступки. А то ведь она так любит сначала что-то сделать, а потом расплакаться и начать жалеть себя.

И вот наступает день Х.

Я приезжаю в суд за 15 минут до назначенного времени. Когда я подхожу к залу заседания, Аня уже там. Она смотрит на меня испуганными глазами.

Наверняка ждет, что я к ней подойду, обниму, успокою и скажу, что еще не поздно все вернуть.

Но я этого не сделаю.

Просто киваю ей головой в знак приветствия и отворачиваюсь. Не хочу даже смотреть на нее, хотя и понимаю, что мои чувства к ней так никуда и не ушли. Я любил, люблю и буду любить Аню, но дальше так жить я больше не хочу. Я сделал все, что я мог, для сохранения этого брака. Не привязывать же мне Аню к батарее.

Она твердо решила развестись, объявила об этом детям, сказала им, что повторно выходит замуж — вперед и с песней.

И не надо теперь смотреть на меня щенячьими глазами и чего-то ждать.

Мы заходим в зал, судья по очереди дает нам слово. Вообще, кажется, что судье нет до нас абсолютно никакого дела. Женщина с красно-рыжей шевелюрой задает нам дежурные вопросы, мы даем дежурные ответы.

— У вас несовершеннолетняя дочь… — говорит абсолютно безразлично. Просто потому что ей положено это сказать. На самом деле очевидно, что судье не терпится от нас отделаться.

— По договоренности с моей пока еще супругой дочь останется жить со мной, — отвечаю.

— Деньги и совместно нажитое имущество?

— Все банковские счета я оставляю жене. Недвижимость мы уже поделили между собой, — продолжаю.

Аня сидит бледная и смотрит на меня, как на палача. Как будто это я подал на развод и собираюсь создавать новую семью, да еще и ребенка рожать! Я замечаю, что у нее дрожит верхняя губа.