Измены

Только я открываю рот ответить сыну, как меня опережает дочь.

— А ты уже собрался девчонок в свой номер водить? — Смеется. — Обломинго!

Недовольный Андрей разворачивается и уходит к лифту, Вася хватает свой маленький розовый чемодан и идет следом за ним.

— Действительно не было других номеров, — зачем-то поясняю Ане, когда мы остаемся вдвоем.

— Я верю. Ты же брал за две недели до вылета в разгар сезона. Пойдем? Я так устала в дороге.

Я подхватываю чемоданы и качу их в сторону лифтов. Наши номера на пятом этаже. Отель очень большой с красивой зеленой территорией и двумя бассейнами.

Номер детей прямо рядом с нашим. Аня открывает дверь ключом-карточкой, и мы попадаем в просторный холл. Тут действительно две большие комнаты, кухня-гостиная и одна просторная ванная с душевой кабиной. Все отделано в бежевых и коричневых тонах. Панорамные окна гостиной выходят в сторону моря. Есть большой балкон со столиком и плетеными креслами.

— Хороший номер, — Аня осматривается по сторонам. — И очень чисто.

Жена разбирает чемодан в своей комнате.

Наши двери ровно напротив друг друга. Спальни абсолютно идентичные: большая кровать, шкаф, стол со стулом, на стене плазма, у окна кресло с журнальным столиком.

Я выхожу на балкон и сажусь в плетеное кресло. На столике предусмотрительно стоит пепельница, поэтому я поджигаю сигарету. Курить я начал после Аниной измены. Никогда до этого не брал в рот сигареты, а тут вдруг резко потянуло. Так и курю до сих пор.

До сих пор помню ее удивленное лицо, когда она увидела меня первый раз с папиросой в зубах.

Ничего не сказала, а просто молча отвернулась в сторону. То еще был период, когда мы друг с другом абсолютно не разговаривали. Жили в одной квартире, как соседи. Это длилось три месяца.

Я смотрю на расстилающийся передо мной пейзаж. Отсюда отлично видно пляж и море. Странно, но после тяжелого перелета совсем не хочется спать. Я спускаю на глаза солнечные очки и откидываюсь на кресло. Дверь балкона снова открывается, и выходит Аня. Опускается в соседнее кресло.

— Мне тут нравится, — тихо говорит и поворачивает ко мне голову.

— Мы еще почти ничего не видели.

— Отель новый, хороший. Вид отсюда красивый. Спасибо, Юр.

— Для семьи старался, — делаю упор на слове «семья» и замечаю, как Аня слегка дергается.

Бросает на меня беглый взгляд и тут же опускает на глаза очки, которые до этого были на макушке. Моя жена может обмануть кого угодно, кроме меня. Уж я-то знаю, что она это сделала, чтобы скрыть выступившие на глазах слезы.