Измены

Откуда-то снизу до меня доносятся вкусные запахи. Видимо, повара в столовой вовсю готовят завтрак для постояльцев гостиницы.

Я вытягиваю ноги и подставляю лицо лучам утреннего солнца. В это время оно еще безобидное, так что можно не мазаться кремом от загара. Я так погружаюсь в мысли и сливаюсь с тишиной вокруг, что даже не сразу слышу, как дверь балкона открывается.

— Доброе утро, — Юра выходит с двумя кружками кофе.

— А ты чего так рано встал? — Удивляюсь. — И откуда кофе?

— Забыл отключить будильник. Но я нормально выспался.

— А как ты его сварил? — Кошусь на кружку, которую он придвинул ко мне.

— У нас кухня в номере вообще-то.

— Да, но кофе откуда взялся?

— А, я вчера сходил в магазин, когда ты уже уснула. Купил немного продуктов, включая кофе. Тут есть турка, чтобы варить.

— Понятно, — беру в руки кружку и делаю небольшой глоток. — Дети во сколько вчера вернулись, не проверял?

— Василиса пришла раньше, где-то около часа ночи. А Андрей не знаю, во сколько.

— Ясно. Тогда берем сегодня машину?

— Да, давай после завтрака. Куда поедем?

— Может, сегодня на юг острова?

Мы допиваем кофе, планируя этот день, а затем собираемся на завтрак. Когда мы уже доедаем, спускаются дети. Василиса выглядит бодрой и веселой, а вот Андрей изрядно помят.

— Бурная ночка? — Подшучивает Юра над сыном.

— Он завалился в номер в четыре утра! — Возмущается Василиса. — Стал чем-то греметь! Разбудил меня!

— Помолчи хоть пять минут, — отмахивается Андрей от сестры.

— Какие у вас планы на сегодня? — Обращаюсь к детям. — Точно не хотите поехать с нами на юг Крита?

— Я нет. — Отвечает Василиса. — Сейчас еще поваляюсь пару часов в номере, а потом пойду на пляж.

— Я тоже еще поспать хочу, — зевает Андрей.

Мы с Юрой оставляем детей в столовой и идем собираться. Арендовать автомобиль можно прямо на ресепшене нашего отеля. Крит — классический остров, а потому улицы тут маленькие и узкие. В связи с этим возможность передвигаться есть только на небольшом автомобиле.

Широкая трасса заканчивается довольно быстро, и мы попадаем на горный серпантин. С одной стороны скала, а с другой — обрыв. Мы поднимаемся вверх, а потому даже закладывает уши. Периодически серпантин прерывается маленькими деревушками с еще более узкими улицами.

Греческая провинция не похожа на классическую европейскую.