Изнанка модной жизни

Один из её содержателей был весьма высокопоставленный человек, обладающий в провинции огромной властью, отличающийся, к тому же, злопамятным нравом. Посему Матильда, отложив на длительный срок, а может и насовсем, свои планы, написала под бдительным присмотром месье Лавуа, два письма для своих любовников, где объясняла, что серьезно больна и мечтает провести свои последние дни, по совету врачей, любуясь на меловые скалы Истборна и дыша морским воздухом.

Мадам Туссе дождалась от них ответов с прощальными подарками и была посажена на судно идущее в Англию людьми месье Лавуа.

У нее и в самом деле там, в районе курорта Истборн, был крошечный домик. Конечно, изрядно разорив свои деревни и опустошив наследство после мужа, вдова сможет вести только самую скромную, зато — очень благочестивую жизнь. Ну, или завести еще пару любовников. Только теперь — англичан. Главное, делать это все она будет подальше от Франции.

Я выдохнула и постаралась навсегда выбросить из головы этот гадюшник со змеями, который судьба мне подсунула бонусом во второй жизни.

Пожалуй, никаких бонусов мне и не нужно — сама все заработаю."

"По, скажем так, техническим причинам мне, иногда, приходилось общаться с клиентками вне работы. Многим я просто не могла отказать. Например, той же мадам де Малин, тетке баронета. Но свое ближайшее окружение, людей, кому я смогу безоговорочно доверять, я хотела выбирать сама.

Из проблем оставался только месье Морсен, баронет Жан-Поль Морсен, который не просто не шел у меня из мыслей, но и активно напоминал о себе.

Напоминал роскошными букетами и коробками пирожных, достаточно остроумными письмами, не пошлыми, а изящными, галантными и самую капельку — пикантными, дающими юной девушке возможность влюбится в такого потрясающего кавалера. И нравилось мне это все меньше и меньше...

Сведения о нем собрали, хоть и не так быстро, как я ожидала. Холост. Приехал искать в Париж богатую невесту. Не совсем разорен, но есть долги. В карты играет умеренно, страстный лошадник.

С женщинами щедр. Имеет двух любовниц, одна из них — демимонденка, Жюли Мюр, грудастая рыжая девка, несколько вульгарная, но молодая и крепкая, которой он снимает крошечный домик на окраине и тридцатилетняя вдова, баронесса де Шарлон, элегантная, достаточно богатая, от которой недавно получил в подарок безумно дорогую скаковую лошадку.

Судя по тому, что рассказал мне месье Лавуа, мадам де Шарлон просто завела себе мальчика для здоровья и, на свою беду, подпустила его слишком близко к сердцу.