Онлайн-библиотека книг
- За что, позвольте спросить?
- За проявленную женскую смекалку и, не побоюсь этого слова, мудрость. - брякнула я."
"- О, боже! Вы, кажется, даже не понимаете, что вот с этой вашей, простите, самоотверженностью взяв удар на себя, выставили меня... Уф-ф-ф! - он развёл руками в стороны, показывая, что в его лексиконе завершились слова, способные выразить всё, что он сейчас думает и чувствует.
- О, боже! - настала моя очередь возмущённо взмолиться, хотя до меня уже начало доходить, что я и в самом деле сейчас крепко зацепила его мужское самолюбие, - Но какой же вы тогда видели выход?!
- Поймите, наконец, что это не ваша забота.
- Упс! - расстроенно чуть не брякнула я, - Простите, граф. Я и в самом деле, наверное, должна была довериться вашему опыту, а не ""лезть поперёк батьки в пекло"".
- А вы не перестаёте удивлять своими глубокими познаниями в области российской культуры. - уже почти рассмеялся граф, моментально оттаяв от моего совершенно искреннего извинения, - Простите и вы меня, Мадлен, за поспешную резкость слов.
- Я вас услышала. Обещаю учесть всё, что вы сейчас сказали. - послушно согласилась я.
- Хотя... Это было, конечно феерично! Никогда не видел подобной отчаянной смелости в женщине. Не сочтите за разрешение, как вы метко выразились, лезть поперёк батьки в пекло, но.
Так, уже совершенно спокойно переговариваясь и перешучиваясь, мы покинули своё убежище и направились в отведённые комнаты.
- Нет, ну как вы его!...
- А князь-то!...
На самом деле, спасибо тому спесивому князю. Этот случай научил меня , что не стоит лезть на амбразуру, когда рядом есть опытный и благородный защитник, и всё-таки есть мужчины, которым нужно доверять, иначе они страшно обижаются. И правильно, кстати, делают.
Граф же искренними своими репликами дал понять, что проникся моей смелостью и находчивостью, и с такой, как я - и в разведку, и в огонь, и в воду.
А ещё, и я только позже это осознала - мы, даже не отдавая себе в этом отчёта, орали друг на друга, как совершенно родные люди.
53
Вернувшись в номер, я застала Софи, которая сладко спала, свернувшись калачиком.
