Изумрудные объятия

Из ее полураскрытых губ дыхание вырывалось короткими тихими вздохами. Она знала, что он поцелует ее, поцелует и унесет в запретный волшебный мир, с которым он ее уже так хорошо познакомил. Мир, в котором она не может провести грань между любовью и опасностью. Когда он возносил ее выше и выше к неизведанным вершинам… Но губы Брайана не коснулись ее губ. Она открыла глаза и с удивлением увидела, что он стоит над ней и смотрит на нее взглядом, в котором смешались насмешка и желание.

— Увы, — вздохнул он, — даже лэрд Кригэна не может всегда иметь то, что хочет, именно тогда, когда хочет.

Он встал и сбросил бархатную накидку, но не вернулся к Мартисе. Несмотря на очевидные признаки физического возбуждения, он отошел к платяному шкафу, достал бриджи и поспешно надел их. Мартиса смотрела на него, не веря своим глазам.

Он надел рубашку, снова подошел к кровати и легко поцеловал Мартису. Она увернулась от его прикосновения и отодвинулась по кровати, чувствуя себя в дурацком положении.

— Ты… куда ты уходишь?

— Вниз.

— Вниз?

— В подземелье.

Он сел, чтобы надеть сапоги.

— Это может быть мой лучший шанс, сейчас меня там никто не ожидает.

— Не ожидает чего?

— Не ожидает, что я приду обыскивать склепы, — ответил он с нотками раздражения в голосе.

Брайан встал, но помедлил перед уходом. В сапогах, черных брюках и рубашке он походил скорее на пирата, чем на лэрда-дракона. И когда он улыбнулся, в его улыбке было нечто разбойничье.

— Миледи, признаться, я очень рад видеть, что вы расстроены моим уходом.

— Я не расстроена! — возразила Мартиса.

— Мне нужно поторопиться с возвращением.

— Не трудись, пожалуйста, — холодно сказала она. — Вопреки тому, что думает лэрд, он не всегда может получить то, что хочет. В любое время.

— Любовь моя, ты меня ранила.

— Я не твоя любовь. Это всего лишь игра.

Брайан замахал рукой в воздухе. Он посерьезнел и больше не поддразнивал ее.

— «Кольт» по-прежнему под матрасом. Если к тебе кто-то приблизится, не медли ни секунды, стреляй.

— А что, если первым ко мне приблизишься ты? — поинтересовалась Мартиса елейным голоском.

— Если решишь стрелять, целься очень точно, чтобы убить, или ты будешь жалеть об этом до своего смертного дня, — предостерег он. — Мартиса, ты меня слышишь? Оставайся здесь, никуда не уходи, что бы ни случилось. Если увидишь огни, услышишь какие-то крики, визг ветра, если тебе покажется, что сам замок грозит рухнуть в море, — все равно оставайся здесь. Ты меня понимаешь?

— Да!

— Вот и хорошо.