– Тогда, может быть, ты знаешь, что связывало его с Юрием Васильевичем Петренко?
– Первый раз о таком слышу. Кто это?
– Известный в городе ювелир. Мастер, который не пренебрегает так называемыми «левыми» заказами. У него репутация скользкого типа, живущего не в ладу с законом, но за руку его пока никто не хватал. Как говориться, «не привлекался».
– Я не знаю никакого ювелира с репутацией скользкого типа! При чем тут Афанасьев?!"
"– Самое странное то, что и ювелир не знает никакого Глеба Афанасьева. Конечно, может, он врет, этот ювелир, но больно уж правдоподобно! Так правдоподобно, что я склонен ему поверить.
Телефон этого Петренко был забит в мобильнике Афанасьева. А ведь у него совсем немного телефонов забито! Только самых близких – жены, матери, твой, какой-то Гуляевой Тани, в скобках помечено Новосибирск, редакции, и вот этого самого ювелира. Почему он оказался в списке близких ему людей?
– Понятия не имею.
– Значит, это из серии «маленьких мужских секретов», – Карантаев вздохнул, обернулся и сплюнул вниз, с любопытством пронаблюдав траекторию полета плевка.
– А ты случайно не знаешь, где скрывается жена Афанасьева? Дома ее нет, к телефону она не подходит, мобильный недоступен, а на работе у нее недельный отпуск.
– Не знаю, – чересчур поспешно сказала Сычева. Зачем лейтенанту знать о их тайном убежище?
– Я хотел поговорить с ней, но нигде не могу ее найти. Наверное, она боится находиться в квартире, где ... Ты же знаешь, что вчера на кухне она обнаружила труп?
– Да, – не подумав, ляпнула Сычева.
– Значит, про труп знаешь, а где Афанасьева не знаешь?
– Да. То есть нет. – Под ложечкой у Сычевой противно засосало. Захотелось курить, но для этого нужно было отцепиться от поручня, достать из сумки зажигалку и сигареты.
– Отличненько! – неизвестно к чему сказал Карантаев.
Неожиданно колесо обозрений вздрогнуло и остановилось. Кабинка замерла на самой высокой точке. Выше были только облака и солнце. Даже птицы летали где-то внизу.
– Что это? – прошептала Сычева, стараясь не смотреть вниз.
– Вот дьявол, – пробормотал Карантаев, побледнел и опасливо глянул на землю. Там бегали какие-то люди, что-то кричали и энергично размахивали руками. Пассажиры других кабинок заволновались, тоже стали орать и жестикулировать.
– Да что это? – заорала Сычева. – Почему мы стоим?!!
– Электричество, что ли, вырубили, – то ли спросил, то ли подтвердил какую-то свою догадку Карантаев.
Сычева от души завизжала.
