По правде говоря, я хотел похоронить себя в груди Джоша и притвориться, что последних полчаса никогда не было. Он не был моим другом, но он был столпом стабильности в мире, который внезапно перевернулся вокруг своей оси.
Он не потрудился признать мою жалкую попытку снарка. - Он причинял тебе боль? Темный поток пульсировал под его голосом и согревал мою ледяную кожу.
“Нет”. Во всяком случае, не физически. “Как он сказал, он ... кто-то, кого я знал. Мы догоняли ”.
Я не мог позволить никому узнать правду о Максе или моем прошлом.
Джош уже думал обо мне худшее. Я не хотел представлять его реакцию, если он узнает, что я был вором.
“В библейском смысле?” Течение пошло от темноты до кромешной тьмы.
“Осторожнее, Джош”, - предупредила я, игнорируя небольшой трепет в груди, несмотря на все, что произошло. ""Или я подумаю, что ты ревнуешь"".
Жесткая улыбка исказила его рот. “Я не ревную”.
""Все когда-нибудь бывает в первый раз"". Я выпрямилась, наслаждаясь заботой Джоша больше, чем следовало. ""В любом случае, что ты здесь делаешь?""
""Полагаю, по той же причине, что и ты"", - сардонически сказал он.
“Я хотел проверить клуб, но я не чувствовал этого и собирался уходить, когда увидел тебя”.
""Правильно"". Мы были рядом с выходом, так что это имело смысл.
Хотя Макс ушел, его присутствие задержалось, как запах гниения, как и его ультиматум.
У него уже была услуга на уме, или он сделает это по ходу дела? Он сказал, что секса нет, но это может быть что-то незаконное. Что, если он хочет, чтобы я снова украл для него? Тем не менее, почему Макс просил только об одном одолжении? Он провел семь лет в тюрьме.
Я бы подумал, что он попросит больше. Он действительно хотел одолжения, или он использовал его как прикрытие для чего-то еще? Если да, то что?
Мой мозг стучал с тысячью вопросов, на которые у меня не было ответа.
Дышать. Сосредоточься.
Я разберусь с ситуацией с Максом позже, когда мой шок пройдет и мой мозг очистится. Теперь я мало что мог с этим поделать.
Я моргнула, заставляя мысли о моем бывшем в стороне, независимо от того, как сильно они пытались вернуться на передний план моего разума.
Если бы Олимпийские игры выдавали золотые медали за репрессии, я бы выигрывал их каждые четыре года.
- Ты сказал, что сегодня занят. Джош прислонился предплечьем к стене над моей головой. Его глаза пронзили мои.
“ Да. Я перебросила волосы через плечо и приклеила наглую улыбку. “Или, может быть, я просто не хотел встречаться с тобой. Я думаю, вы никогда не узнаете ”.
