Обычно я принимал душ дома, но мне отчаянно хотелось смыть кровь. Он прилипал к моей коже, густой и приторный, невидимый для всех, кроме меня.
Я зажмурился и оставался под водой, пока она не остыла, и глубокий холод не поселился в моих костях. Обычно я не мог дождаться, чтобы покинуть здание после смены, но сейчас ничто не звучало хуже, чем одиночество.
Все мои друзья работали, и было слишком рано идти в бар, что оставило мне один оставшийся вариант.
Я вытерлась полотенцем, оделась и выудила телефон из кармана джинсов, чтобы написать Джулс, но обнаружила, что ее уже ждет сообщение, отправленное двадцать минут назад.
Джулс: Ты уже ушел с работы?
Я: Только что вышел.
Я: Где ты?
Был вторник, поэтому сегодня она не работала в клинике.
Джулс: СциЛи, в спину.
Облегчение сотрясло мои легкие. Это было в нескольких минутах ходьбы.
Я: Не двигайся. Будь там через пятнадцать.
26
ДЖОШ
Больница находилась прямо рядом с кампусом Тайера, поэтому мне не потребовалось много времени, чтобы добраться до научной библиотеки, официально названной Библиотекой Джорджа Хэнкока в честь давно умершего донора и неофициально известной как SciLi.
Это был скрытый драгоценный камень, спрятанный на третьем этаже здания биологии. В то время как Фултон, главная библиотека школы, всегда была переполнена во время экзаменов, СциЛи был тихим круглый год.
Прогулка дала мне время отодвинуть давние мысли о смерти Тани на задний план. Находясь за пределами больницы и в окружении улыбающихся, болтающих студентов, было легче.
Это было похоже на то, что я попал на съемочную площадку, где я мог притворяться тем, кем я хотел быть, вместо того, кем я был.
Когда я прибыл в SciLi, там была только горстка студентов, разбросанных по всему пространству. Стены книг тянулись на два этажа к потолку двойной высоты, прерываемому только массивными витражами, расположенными через равные промежутки времени. Свет от настольных ламп зеленого стекла смешивался с солнечным светом, бросая теплый, туманный свет на тихое святилище.
Толстый изумрудный ковер приглушал мои шаги, когда я шла к задней части, где Джулс сидела одна.
“Я вижу, ты усердно работаешь”, - сказал я, когда подошел к ней. Высокая стопка учебников стояла рядом с ее вездесущим мокко с карамелью, а отдельные листы с заметками и карточками покрывали каждый дюйм дубовой поверхности.
“Кто-то должен”. Она подняла голову, и тревога сжала мою грудь, когда я заметил ее опухшие, красные глаза.
