— Ты всегда сидел в том кафе.
— Бинго! — Нокс ухмыляется, протягивая ладонь. — Сотня моя. В любой день.
— Для протокола, ты спорил. Я никогда не соглашался.
Агнус лезет в карман и достает бумажник. Нокс хватает купюры и ухмыляется, пересчитывая деньги.
— Кто-нибудь может сказать мне, что происходит?
Мой взгляд мечется между ними тремя.
— Это Агнус, — говорит папа. — Он моя правая рука, советник и лучший друг. Он заботился о компании и особняке, в то время как я не мог.
— Ты не помнишь меня, Эльза, но я был твоим любимым дядей, когда ты была маленькой.
— Дядя Редж был моим любимым. — слова срываются с моих губ призрачным шепотом.
Лицо Агнуса становится пустым. Нокс напрягается так заметно, что чуть не рвет деньги пальцами.
Выражение папиного лица остается непроницаемым.
— Реджинальда больше нет, принцесса.
— Он был моим братом близнецом. — Агнус непринужденно улыбается, обдумывая ситуацию. — Ты никогда не смогла бы отличить нас друг от друга.
Я сканирую лицо Агнуса. У него действительно немного выпученные глаза, но они не такие выпуклые, как те, что были в моем кошмаре о дяде Реджинальде.
Кроме того, Агнус красив, как чернобурка. Не помню, чтобы дядя Редж когда-нибудь был красивым.
— Как он умер? — я спрашиваю.
— В великом бирмингемском пожаре. — Нокс засовывает деньги в карман. — Как жареная свинья.
— Нокс, — ругается папа. — Иди в свою комнату.
— Нет. — Нокс всем весом наваливается на диван, перекидывает одну ногу через другую и обхватывает рукой спинку дивана.
— Эй, Ти, ты должна мне пятьдесятку. Эльза не такая стерва, какой ты ее себе представляла.
Невысокая девушка неторопливо заходит внутрь с наушниками в ушах. У нее миниатюрные черты лица, что это очаровательно. Ее темно-черные волосы падают прямо на плечи; ее глаза огромные и черные — или темно-карие? Ее губы напоминают мне бутон розы, а нос такой же крошечный, как и все остальное лицо.
Несмотря на привлекательность ее общей внешности, как у Белоснежки, все остальное кричит, что ей ничего не нравится.
На ее губах темно-фиолетовая помада, а на веках черные тени, которые придают ее глазам лани колдовской вид. В ушах серьги в виде черепа.
Даже на чулках черепа. Кроме этого, на ней джинсовые шорты, черная кожаная куртка и укороченный топ, открывающий ее бледный живот.
Я останавливаюсь, читая красную надпись на ее белом топе.
Иногда король это женщина.
Интересно. Эта девушка, должно быть, намного больше, чем предполагает ее внешность.
