— Я был занят последствиями пожара в Бирмингеме, кадровыми и полицейскими процедурами, поэтому некоторое время не возвращался домой. Если бы я вернулся, ничего бы этого не случилось. В любом случае, это не имеет значения. Что, если...
— Бесполезно, — говорю я вместе с ним.
Мы улыбаемся друг другу с оттенком грусти.
Папа учил меня, что бесполезно гоняться за «что, если», когда все сказано и сделано.
— Теперь мы есть друг у друга, принцесса. Ничто не разлучит нас. — первая капля дождя падает мне на нос. — Давай, пошли в дом.
Мы спешим в направлении дома, и на мгновение я представляю себя маленькой девочкой, которая изо всех сил вцепилась в папину руку, хихикая и крича от восторга, когда мы бежали под дождем.
Воспоминание посылает через меня волны счастья.
Папа может быть безжалостен ко всему остальному миру, но для меня он просто папочка.
Однако я больше не та семилетняя девочка. Я не слепа к фактам, которые передо мной.
Хотя мама и пытала Эйдена, именно папа похитил его. Он был тем, кто начал порочный круг злой судьбы между семьями Стил и Кинг.
Или, может, Джонатан тот, кто начал это, устроив пожар, который, хотя и был непреднамеренным, убил десятки людей.
Амбиции Джонатана и Итана и жажда власти являются причинами всей этой вражды.
Тем не менее, именно ма пытала Эйдена и подняла ситуацию на ступеньку выше. Именно из-за нее Алисия поехала в самый разгар шторма и попала в аварию.
Ма причина, по которой Эйден стал жестоким монстром.
У меня болит голова от всей этой ситуации.
Папин телефон звонит, как только мы оказываемся у входа. Он смотрит на него, а затем улыбается мне.
— Иди. Я должен ответить."
"По пути внутрь, его серьезный голос доносится за мной.
— Да. Я не хочу ошибок.. Идеально.. В пятницу вечером...
Агнус кивает мне, направляясь на кухню. Я улыбаюсь в ответ, но в лучшем случае это выходит неловко.
Он не только все это время наблюдал за мной от имени отца, но и является близнецом дяди Реджа.
Один был маминым поставщиком мальчиков сирот, а другой правой рукой папы.
Странная динамика.
Я поднимаюсь по лестнице и останавливаюсь на звуках музыки, доносящихся из комнаты Нокса напротив моей.
Должно быть, он закончил работу за Агнуса.
Теперь, думая об этом, мы не говорили о возвращении в школу. Папа сказал, что переведет нас обратно в частную школу, в Бирмингеме, в школу Тил и Нокса.
Я еще не приняла решения, но, вероятно, это связано с огромным количеством информации, которую мой мозг пытается обработать.
