Извращённая любовь

Должно быть, она почувствовала мой пристальный взгляд, потому что прервала разговор и посмотрела прямо на меня, ее щеки окрасились в розовый цвет от моего непоколебимого взгляда. Она переоделась из джинсов и футболки в фиолетовое платье, до колен.

Очень плохо. Платье было красивым, но я вспомнил нашу поездку в машине, когда ее влажная футболка прилипла к ней, как вторая кожа, а соски напряглись и были видны через красный кружевной лифчик. Я имел в виду то, что сказал, что она не в моем вкусе, но я наслаждался видом.

Я мог представить, как поднимаю футболку, оттягиваю зубами лифчик и смыкаю рот вокруг сладких, твердых пиков…

Не самое худшее, что мне говорили, отнюдь нет, но более агрессивное, чем я ожидал от нее. Я никогда не слышал, чтобы она сказала плохое слово кому-то или о ком-то раньше. Я получал извращенное удовольствие от того, что мог так сильно ее расшевелить.

- Алекс, - подсказал Джош.

- Я не знаю, чувак.- Я отвел взгляд от Авы и ее фиолетового платья. - Я не очень-то похож на няньку.

- Хорошо, что она не ребенок, - проворчал он. - Слушай, я знаю, что это большая просьба, но ты единственный человек, которому я доверяю, чтобы не...

- Господи, чувак. - Джош выглядел так, будто проглотил лимон. - Не используй это слово по отношению к моей сестре. Это отвратительно. Но... да. Мы оба знаем, что она не в твоем вкусе, и даже если бы она была, ты бы никогда не пошел на это.

При воспоминании о своей ошибочной фантазии несколько минут назад во мне промелькнуло чувство вины.

Пора было вызвать кого-нибудь из моего списка, если я фантазировал об Аве Чен, из всех людей.

- Но это еще не все, - продолжил Джош. - Ты единственный человек, которому я доверяю, кроме моей семьи. И ты знаешь, как я переживаю за Аву, особенно учитывая все это с ее бывшим. - Его лицо потемнело. - Клянусь, если я когда-нибудь увижу этого ублюдка…

- Я позабочусь о ней. Не волнуйся.

Я буду сожалеть об этом. Я знал это, и все же я был здесь, подписывая свою жизнь, по крайней мере, на следующий год.

Я не часто давал обещания, но когда я их давал, я их выполнял. Я посвящал себя им. Это означало, что если я пообещал Джошу, что буду присматривать за Авой, я, блядь, присмотрю за ней, и я не говорю о проверке по СМС каждые две недели.

Теперь она была под моей защитой.

Знакомое, подкрадывающееся чувство обреченности скользнуло по моей шее и сдавливало все сильнее и сильнее, пока кислорода стало не хватать, а перед глазами заплясали крошечные огоньки.