Извращённая любовь

- Это похоже на то, что я не хочу? - Он схватил мою руку и потянул ее вниз, пока она не уперлась в самую мужественную часть его тела. У меня перехватило дыхание от его жара и размера , очевидного даже под плавками, и я сжала пальцы вокруг толстого члена, очарованная силой, которую держала в своей ладони.

Из груди Алекса вырвался низкий рык.

- Что я говорил о том, чтобы держаться подальше от неприятностей, Солнышко? Продолжай в том же духе, и ты окажешься в мире неприятностей.

- Может быть, мне нравятся неприятности.

- Я крепче сжала хватку, и он выкрикнул проклятие. - Может быть, я хочу остаться там.

- Я что? У меня был приступ паники? У меня они случаются постоянно, когда я нахожусь рядом с водой. Если тебя это беспокоит, мы в отеле. Мы можем снять номер. - Казалось, я вернула себе всю смелость, которую потеряла после поцелуя с Алексом в его день рождения.

Его уголки губ приподнялись.

- Когда ты стала такой дерзкой?

- Когда мне надоело, что все относятся ко мне так, будто я хрупкий цветок, который сломается, если кто-то не так на меня дыхнет.

То, что у меня фобия на одну конкретную вещь, не означает, что я буду сходить с ума в других областях моей жизни. - Я сделала паузу, затем добавила: - Мэделин рассказала мне. О том, что ты... что тебе нравится в постели.

Выражение его лица потемнело. Воздух стал зловещим, и мое сердце тревожно забилось.

- Что именно она тебе сказала? - Его голос понизился до опасного децибела.

- Она сказала мне..., - пробурчала я. - Она сказала мне, что ты делаешь это только сзади.

Что тебе не нравятся поцелуи или контакт лицом к лицу во время секса. Что ты...

- Что я что? - шелковисто спросил Алекс.

- Что тебе нравится душить и обзывать женщин. В постели. - Опасность в воздухе сгустилась до того, что я почти почувствовала ее вкус, и моя бравада пошатнулась. Возможно, приманивать тигра было не самой лучшей идеей…

- И все же ты до сих пор здесь, просишь меня поцеловать тебя. - Его хватка на моем запястье стала железной. - Почему так, Солнышко?

Он не отрицал этого, а значит, это должно было быть правдой.

Мое сердце бешено колотилось.

- Может быть… - Я смочила губы языком, осознавая, что его глаза следят за этим движением так, как лев следит за газелью. - Мне тоже нравятся такие вещи.

Пламя сжигало льдинки в его глазах, пока жар не пронзил меня до глубины души. Я не могла поверить, что когда-то считала его холодным. В тот момент он был сверхновой звездой, готовой вспыхнуть и поглотить меня целиком.