Извращённые cердца

Я переоденусь, а потом мы искупаемся.

После быстрого поцелуя он удалился. Я перевернулась на живот, пытаясь решить, стоит ли искупаться. Мне нужен был каждый слой одежды, который я могла бы получить между Савио и мной, чтобы противостоять его обаянию. Через несколько минут на меня упала знакомая тень.

— Ты знаешь, что у тебя самые красивые ямочки…? — начал Савио.

Я даже не потрудилась обернуться.

— …Над идеальной задницей.

Я резко захлопнула рот.

— О чем ты говоришь…?

Его горячее дыхание окутало мою поясницу.

— Прямо здесь, — сказал он тихим голосом, от которого по моему телу пробежала приятная дрожь.

Его рот коснулся места прямо над моей задницей. Меня пронзил шок, затем негодование, и я уже готова была броситься на него. Затем он начал сосать это место, и мои конечности превратились в кашицу.

Что происходит? Тепло растеклось по моему животу. Боже мой. Что он делает своими губами? Он отпустил мою кожу, затем провел губами по моей пояснице.

Он снова вцепился в мою кожу, сосал и лизал. Тепло его тела окутало мои бедра, когда он наклонился надо мной.

Мне следовало отчитать его. Выплеснуть ему в лицо свой напиток и ударить коленом по яйцам, но я не могла пошевелиться. Рот Савио был оружием во многих отношениях. Я слышала это от большего числа девушек, чем мне хотелось бы, но это граничило с безумием. Как он мог сделать меня неподвижной, прикоснувшись своими проклятыми губами к моей пояснице?

Я едва могла дышать, ожидая, когда мои легкие перестанут работать, потому что все остальные мои части уже отказали.

И вот наконец Савио отпустил мою кожу и растянулся на шезлонге рядом со мной. Он протянул руку и медленно сдвинул мои солнцезащитные очки так, чтобы видеть мои глаза. Его губы изогнулись в ленивой улыбке.

Если бы мой язык все еще не был связан, я бы выдала умный ответ. Вместо этого в мою голову ударил жар. Это было хорошо, так хорошо, что я не могла думать ни о чем, кроме того факта, что́ он увидит, если поближе посмотрит на мое бикини.

— Джем, если это тебя так возбуждает и будоражит, только представь, что мой рот будет делать у тебя между ног?

Я очень старалась об этом не думать, но, конечно же, думала.

Улыбка Савио стала еще шире, потому что он все понял. Он наклонился ближе, и я затаила дыхание.

— Знаю, ты чертовски упряма, но ты наказываешь не только меня, но и себя. Мы совсем одни.