Извращённые cердца

— Мне это ничего не дало, — выдавила я.

— Какая жалость, — протянул он и снова нежно пососал мой сосок, не сводя с меня глаз. Он позволил моему соску выскользнуть из его рта. — Тогда полагаю, что и тебе это ничего не даёт, и мне следует остановиться?

Когда-нибудь я убью его, но не сегодня, и уж точно не раньше, чем исчезнет это напряжение в моей душе. Я отрицательно покачала головой.

— Боюсь, мне необходимо, чтобы ты это сказала.

— Не останавливайся.

— Не останавливаться делать что?

Его губы были так близко к моему соску, что это сводило меня с ума.

— Что ты делал до этого?

— Не сокращай. Говори, что хочешь.

— Продолжай сосать мой сосок, — процедила я сквозь зубы, когда жар ударил мне в лицо.

— Твое желание для меня закон.

Он снова начал неторопливо сосать, и я закрыла глаза, утопая в этом ощущении. Я потеряла всякое чувство времени, пока его пальцы не скользнули вниз по моему животу и не коснулись чувствительной кожи прямо над лобковой костью. Мои глаза резко распахнулись.

— Ты чувствуешь тут, как я сосу? — он заскрипел рядом с моим соском.

Его большой палец слегка коснулся треугольника подстриженных волос, и я вздрогнула. Я чувствовала это там и везде. Он поджег меня так, что я даже не подумала о такой возможности.

Его пальцы двинулись ниже, и наконец я вышла из транса.

— Нет, — ответила я не так уверенно, как мне хотелось бы, и сжала его запястье.

Я и так уже позволила этому зайти слишком далеко. Когда дело доходило до Савио, мне было очень трудно сопротивляться.

— Почему ты продолжаешь это, Джем? Я могу заставить тебя почувствовать себя хорошо, лучше, чем ты когда-либо чувствовала.

Я не была уверена, по крайней мере сейчас. Не с его обнаженным телом так близко, с его голодным взглядом, клеймящим мою кожу, с его пальцами так близко к тому месту, где я ныла.

— Я не хочу, чтобы это было игрой для тебя. Хочу, чтобы ты относился к этому браку так же серьезно, как и я. Я…

Я хотела, чтобы он доверял мне настолько, чтобы поделиться со мной своими самыми мрачными мыслями и страхами; хотела, чтобы он любил меня так же, как я любила его на протяжении всех этих лет, и я едва могла вспомнить, как это было раньше.

Его взгляд смягчился.

— Я женился на тебе, Джем. Это не игра, я черт возьми знаю это, ясно? Ты заставляешь меня смеяться. Ты единственная девушка, заставившая меня разинуть рот в спортзале. Единственная девушка, с которой я могу смотреть бои в клетке. Ты не визжишь и не блюешь при виде крови.