Извращённые cердца

Моя рука метнулась вперед, схватив его за предплечье, останавливая, потому что мой рот не функционировал, чтобы произнести эти слова.

Савио поднял глаза, и на мгновение я была уверена, что он проигнорирует мою молчаливую команду или сделает вид, что не понимает ее, но он не сделал. Вскоре я уже не могла сдерживаться, слишком ошеломленная его прикосновением между моих ног и посасыванием его рта моего соска.

Я выгнулась дугой с кровати и закричала, освобождаясь.

Меня даже не волновало, что он смотрел на меня так, словно я была самым новым блокбастером.

Его пальцы умело направляли меня через мое освобождение, пока не замерли, и я уставилась в потолок, ошеломленная силой своего оргазма.

— Я говорил тебе, что однажды ты выкрикнешь мое имя. И в качестве дополнительного бонуса ты даже назвала меня Богом, — сказал он со смешком, целуя мои губы, прежде чем нависнуть надо мной.

Его пальцы все еще были у меня между ног, и выражение его лица было смесью невыносимого самодовольства и захватывающего дух собственничества.

Жар на моих щеках усилился.

Но я была оскорблена тем, что произнесла это слово в порыве страсти. Это было бы оскорблением слова, если бы оно вообще существовало.

— Ты произнесла мое имя и Бога без паузы, это самое близкое, что может быть, если спросишь меня.

В его голосе слышалось едва уловимое рычание, скрытое чувство собственничества, и этого было почти достаточно, чтобы заставить меня попросить еще один раунд. Я не знала, что эта распутная штука может быть внутри меня.

Его рука скользнула между моих ног, заставив меня вздрогнуть. Затем он взял мою руку и просунул ее между ног. Я напряглась, не уверенная в его мотивах и остро осознавая, что с меня капает. Я никогда еще не была такой мокрой. Савио провел пальцами по моим складкам, и я была уверена, что в любой момент потеряю сознание от смущения, но все равно не могла отвести от него глаз. Он поднял мою руку с колен и поднес к своему лицу. Моя кожа была покрыта моими соками. Я попыталась отстраниться, не в силах поверить, что он собирался сделать, что он хотел попробовать меня на вкус.

— Расслабься, Джем, — пробормотал он.

Затем он взял каждый из моих пальцев и облизал их дочиста, ни разу не отрывая от меня взгляда и издавая тихое жужжание. Мое сердце пульсировало с каждым движением его языка, полностью загипнотизированное, униженное и возбужденное. Только представив себе, как этот язык и рот будут ощущаться у меня между ног, я снова чуть не свалилась с обрыва.