Извращённые cердца

Мои яйца пульсировали в такт ее впалым щекам.

Иногда ее зубы все еще царапали мой член, но только недолго, и это добавляло мне удовольствия. Мне потребовалось немалое усилие, чтобы не трахнуть ее рот так, как я этого хотел. У нее были проблемы, так как это было синхронно с моими легкими толчками вверх, но, черт возьми, ничто из этого не имело значения, потому что вид великолепного рта Джеммы, сосущей мой член — самая горячая вещь, которую я мог себе представить. Вскоре я подошел к своему переломному моменту.

— Глотай для меня, Китти, — прорычал я.

Мои бедра двигались быстрее, ища ее горячий рот, мой кончик касался задней части ее горла, а затем мои яйца сжались, и сперма хлынула из моего члена. Я не мог перестать смотреть на губы Джеммы вокруг моего члена. Я держался за ее шею, когда почти полностью выскользнул наружу, только чтобы снова войти. Джемма сглотнула вокруг меня, не встречаясь со мной взглядом.

Я медленно вышел из нее, и она снова сглотнула, ее щеки ярко покраснели.

— Джем, — прохрипела я, когда ко мне вернулся голос.

Я наклонился, схватил ее за бедра и посадил на живот, так что она оседлала меня. Приподняв ее подбородок, я заглянул ей в глаза.

— В чем дело? Не нравится вкус?

Многим девушкам этот вкус не нравился, поэтому некоторые из них либо вообще отказывались глотать, либо только когда я пользовался презервативом. Но на ее лице не отразилось отвращения. Она выглядела виноватой и пристыженной. Сев, я обхватил ладонью ее щеку.

— Только не говори мне, что это какое-то традиционное дерьмо, Джем.

Джемма могла быть жесткой, как сталь, но внутри она была мягкой, как теплое масло. Я чмокнул ее в ухо, понимая, что порка ее воспитания (а вместе с ним и Нонны с папой) не заставит ее чувствовать себя лучше.

— Я все время ем твою киску, и мне это нравится. Я глотаю твои соки. Черт, я практически пожираю тебя, и не чувствую ни малейшего чувства вины или стыда из-за этого. Так что, если ты думаешь, что сосать мой член это грех или какая-то другая фигня, тогда прекрати. Но, по-моему, доставлять друг другу удовольствие — это не грех, — тут я сделал паузу.

— Да, — призналась она.

— Слава гребаному Господу, — выдавил я.

Она закатила глаза с легким смешком, а затем снова стала серьезной.

— Я просто боялась, что это заставит тебя меньше уважать меня.

— Если ты высосешь меня досуха, я не стану меньше уважать тебя, поверь мне.