Извращённые cердца

Ни одна из этих кисок не осмелилась зайти внутрь клетки и остановить безумца. Я протиснулся мимо Роджера, взобрался на платформу клетки, затем открыл дверь.

Несторе стоял на коленях на полу, полусогнувшись над трупом своего противника. Все было залито кровью. Судя по всему, Несторе зубами разорвал горло своему противнику. Римо должен был прекратить позволять этому психу сражаться в Вегасе, даже если у него была необъяснимая слабость к нему. Или, по крайней мере, ему самому придется иметь дело с ним, а не посылать меня, чтобы он мог провести вечер со своими близнецами и женой.

Я осторожно приблизился к Несторе. Мои белые кроссовки были испорчены всего через несколько шагов. Раздражённый, я схватил его за плечо. Он резко вскочил на ноги и попытался ударить меня. Я блокировал нападение, а затем врезал ему в лицо.

— Кончай с этим, придурок. Или следующим будешь ты с зияющей дырой в горле.

Наконец глаза Несторе сфокусировались на мне. Это жуткое, не в своем роде, выражение испугало даже меня.

Я последовал за ним. Нам нужно было поговорить, только не перед сотнями зрителей.

— Кто будет убирать этот беспорядок? — крикнул мне вслед Роджер.

— Не притворяйся, что не разбогател сегодня. Заплати кому-нибудь за уборку этого дерьма.

Я вошел в раздевалку вслед за Несторе.

Он уже снимал свои боевые шорты, все еще игнорируя меня. Если бы я не знал этого парня, то подумал бы, что это проявление неуважения.

— Это была не смертельная схватка, Несторе. Точно так же, как твой последний бой не был смертельным. Тебе необходимо взять себя в руки.

— Он забрался в клетку вместе со мной. Он хотел умереть.

— Мне плевать, чего он хотел. Мы не объявляли, что это будет бой насмерть. И это значило, что ты не будешь убивать. Мы сами устанавливаем правила, Несторе. Если хочешь вырвать людям глотки, сражайся в Лос-Анджелесе, а не здесь. А пока тебе запрещено драться на Арене.

— Если это то, чего хочет мой Капо, — равнодушно ответил Несторе.

Я не был уверен, что именно этого хотел Римо, но кто-то должен быть голосом разума, и, как обычно, это был не мой брат. Никто не позволил бы такому человеку, как Несторе, стать младшем боссом. Я повернулся на кроссовках и оставил Несторе, чтобы он мог привести себя в порядок. Снаружи меня уже ждал Диего. Судя по сердитому выражению его лица, отец уже позвонил ему. Он преградил мне путь.