Извращённые cердца

Прежде чем я успела крикнуть предупреждение, дверь распахнулась, и Савио проскользнул внутрь. Его взгляд скользнул вниз по моему телу, задержавшись на расстегнутых джинсах и, выглядывающих наружу, простых белых хлопчатобумажных трусиках. В ужасе я резко отвернулась.

— Савио! Что ты здесь делаешь? Убирайся отсюда!

Мои щеки запульсировали от смущения и, что еще хуже, от возбуждения, потому что за секунду до того, как я повернулась, мои глаза запомнили каждую деталь тела Савио. Не думаю, что когда-нибудь устану восхищаться твердыми линиями его груди.

Каким бы тщеславным ни был Савио (а он был одним из самых тщеславных парней, которых я когда-либо встречала), его мускулы были результатом борьбы, призванной сделать его непобедимым в клетке. Они были не просто красивым украшением.

— Успокойся, Китти. Я видел только крошечный кусочек твоих трусиков — ничего такого, что могло бы их сбить в кучу.

— Я обещана Мику. Я не могу оставаться с тобой наедине. Это неуместно, — сказала я, и мой голос слегка дрогнул.

Я выпрямила спину, но мои мышцы не переставали дрожать. Тату кончиков рогов дразнило меня из-под низких спортивных шорт Савио. Эта дурацкая татуировка определенно будет преследовать меня во сне.

Между нами воцарилась тишина, а потом по моей спине разлилось тепло — Савио стоял так близко, что я чувствовала его присутствие везде.

Я судорожно сглотнула.

Тогда почему я не звучала так, как хотела бы?

— Ты не хочешь встретиться со мной лицом к лицу?

Собравшись с духом, я повернулась к нему, сжимая свои джинсы.

Савио заметил это и улыбнулся своей раздражающей улыбкой.

Гнев охватил меня от его дерзости. Неужели он думает, что сможет притвориться, будто я не была обещана другому мужчине?

— Возможно, ты не понял, что я сказала. Теперь я обещана твоему другу Мику. Мы собираемся вступить в брак. Ты не можешь оставаться со мной наедине.

Савио склонил голову набок.

— Скажи мне одну вещь, Китти, и ответь честно: ты хочешь выйти замуж за Мика?

— Мы не будем это обсуждать, — я покачала головой, свирепо глядя на него.

Какое это имело значение? Неужели для него это какая-то игра? — Я обещана ему, Савио. Не имеет значения, хочу я выйти за него замуж или нет. Как только мне исполнится восемнадцать, я стану его женой.

— Для меня это важно, — он наклонился, приблизив нас до невозможности близко, его глаза пронзили меня своим намерением.