Извращённые cердца

Это была школа, наполненная детьми из членов Мафии, или детьми, которые находились в процессе становления в членов Мафии. Насилие действительно имело место. Конечно, я была девушкой, и моя семья не была одной из ведущих семей Каморры. Только простые солдаты. А родители Уилла владели несколькими отелями и имели кучу денег и влияния. Они спонсировали многие школьные мероприятия.

— Я уже позвонил домой. Я оставил сообщение для твоих родителей, так как не смог связаться с ними, а также голосовое сообщение на почту твоего брата.

Отлично. Диего будет в восторге.

— Уилл оскорбил меня.

Я нахмурилась. Моя помолвка еще не была объявлена публично, так что я не знала, что сказать.

— Он по-всякому оскорблял меня.

Я даже не могу произнести слово «шлюха». Это было худшее оскорбление, которое кто-либо мог бросить девушке в моем кругу.

Директор нахмурился.

— Если ты не можешь быть более конкретной, я не могу помочь тебе, и даже если Уилл оскорбил тебя, это не повод бить его. Судя по тому, что я слышал, ты сломала ему нос, Джемма.

Я еще глубже погрузилась в кресло. Член Мафии скорее умрет, чем признается, что его избила девушка. Но Уилл, вероятно, расскажет любому, кто захочет услышать.

— Мне нужно сейчас же поговорить с Уиллом в кабинете врача.

— Уилл определенно ничего не скажет в мою пользу.

Я вернулась и села на одно из кресел напротив стола секретаря. Мне хотелось закричать от отчаяния. Я не была уверена, сколько прошло времени, но внезапно рядом со мной появился Диего, выглядевший так, словно был близок к взрыву.

Секретарша подняла голову.

Диего пристально посмотрел на меня, потом на нее.

— Баззоли. Я здесь, чтобы забрать свою сестру.

Женщина нахмурилась.

— Не здесь, — резко сказал Диего.

На нем были надеты спортивные штаны и футболка, он был весь в поту, будто его вызвали с тренировки. Его татуировка Каморры была выставлена напоказ. Взглянув на неё, секретарша кивнула.

— Ваша сестра отстранена от занятий по крайней мере до пятницы.

— Посмотрим, — пробормотал Диего.

Он схватил меня за предплечье, рывком поставил на ноги и выволок наружу.

— Диего, — прошипела я. — Перестань, ты делаешь мне больно.

Он ослабил хватку, но не перестал тащить меня за собой. Он повел нас в сторону туалета для мальчиков, просунул туда голову и втащил меня внутрь. Он отпустил меня и направился к единственной запертой двери.