Я беременна, бывший!

Страстно прижимаясь к его стальному под пиджаком телу, я вдыхала запах настоящего мужчины. У меня кружило голову от текилы и его близости. В общем, я уже была тепленькой. И податливой. Как глина. Бери и делай со мной все, что угодно. Вот он взял и сделал.

Черт знает как мы оказались в номере роскошного отеля. Руслан был удивлен что он у меня первый мужчина. Он был нежен и осторожен. Лучшей первой ночи с мужчиной и вообразить сложно.

А на утро меня ждал завтрак, несколько стодолларовых купюр на прикроватной тумбочке и смятая постель, до сих пор хранившая его запах…

Еще через месяц, когда задержка стала очевидной, так же далеко одним не прекрасным утром я лицезрела две четкие полоски на тесте для беременности.

Я смотрела на них и ясно осознавала, для чего Быстрицкий оставил мне денег в тот день. Он был неосторожен и оплатил экстренную контрацепцию. Как жаль, что я по неопытности не поняла этого сразу. Ну да что теперь об этом сокрушаться?

Аборт я сделать так и не смогла. Посмотрела на узи на крохотную беззащитную точечку, послушала сердцебиение плода и все вопросы про аборт отпали сами собой.

Не могу я убить собственную кровиночку. Не могу и все.

А дальше все продолжилось как в страшном сне. Быстрицкий даже не думал объявляться в моей жизни. Зачем? Ведь он провел отличную ночь, дал денег на решение всех проблем и свалил в закат. То есть из города. Да, я поначалу и по наивности своей пыталась его отыскать, чтобы сообщить про беременность. Да, я была настолько дурочкой, что думала осчастливить его тем, что у него будет наследник.

Мои надежды и радужные стремления разбил хмурый охранник на проходной компании Быстрицкого. Руслан Александрович уехал заграницу. Его нет в городе, и в ближайшие полгода-год большой босс в нашем городе не появится…

Дальше кошмар лишь сгущался. Света гнала на аборт, суля нищету и нечеловеческие трудности с ребенком. Меня замучил жуткий токсикоз. Я продолжала работать официанткой в кафе, сдала зимнюю сессию уже с приличным животиком. Оставила никчемные попытки отыскать отца ребенка и сообщить ему «радостную» новость.

Дома не появлялась. Мать бы меня за пузо спустила бы с крыльца. И была бы права. В маленьком поселке городского типа, где я провела все свое детство не принято приносить в подоле без мужа. Мама бы просто не пережила осуждения и сплетен соседей за своей спиной. Трудно представить себе, что в двадцать первом веке на земле еще остались подобные места и подобный менталитет, но факт остается фактом.