Открыл гараж и дышать проще стало, когда увидел своего красавца, кинул рюкзак куда-то на пол, подошел к байку провёл по глянцевому металу и с затаенной грустью резко повернулся и снял с сигнализации машину.
Погонять можно и на тачке.
До четырех оставалось два часа и я потратил их на скорость и свободу, ощущение невесомости и власти над судьбой, над своей судьбой, именно это мне давал адреналин попадающий в кровь.
Я все же приехал на назначенную встречу. Опоздал, как обычно, но приехал. И почти не удивился, когда за одним и столиком увидел брата.
Самого близкого своего человека. Близнеца.
— Кир? — его брови полезли на лоб, а я невесело усмехнулся, — ты когда прилетел?
— Сегодня, — пожал брату руку и сел рядом, — где Ева?
— Мне откуда знать, — Мирон потер подбородок, — я ее с того дня не видел.
— Какого? — насторожился, внутренности сковало, а сердце решило вовсе остановиться. Сука, рано! Я еще слишком молод для всяких сердечных болячек.
— Того самого, Кир, вечера нашего день рождения.
— Хочешь сказать вы не вместе, — произнес на выдохе, запустил палец под один из браслетов и нащупал выпуклые нитки. Захотел, что-нибудь сломать или разбить. Например идеально ровный нос брата, который в общем-то и не причем, но больно уж его нос отличался от моего. — Какого хера, тогда? А?
— Кир, да че ты? — он не понимал. Еще бы.
— Привет, — донеслось тихое приветствие и я весь покрылся мурашками, даже волосы на ногах и те дыбом встали.
Я повернулся, напрочь позабыв о брате.
Ева."
"Она изменилась, за это время. Похорошела и, кажется, чуть-чуть поправилась. Да, определенно. Щечки, грудь… Да, что за нафиг? Даже губы, казалось, стали еще полнее. Словно девушка целый час до этого с кем то сосалась.
Сжал кулаки. Потому что сдерживаться становилось все тяжелее.
Аппетитные, манящие, чуть приоткрытые.
Блять, как же я любил ее губы, особенно нижнюю. Именно после моих укусов она становилась точно такой же: отекшей, нежно розовой и такой манящей.
Ева опустилась на стул напротив, бросила на меня мимолетный взгляд и тут же уставилась на моего брата.
Ненавижу.
Она схватила тонкими бледными пальчиками ремешок своей сумки, и притянула это нечто, больше похожее на кошелек, ближе к груди.
А потом… Потом она разрушила мой мир окончательно.
— Я беременна, — Ева облизала нижнюю губу и продолжила, — срок четырнадцать недель.
