Сама не понимаю зачем, тянусь к его руке, крепко обхватываю ладонь и начиню ее крутить, пытаясь расшифровать, что же за надпись все это время скрывалась на руке парня.
— У тебя есть тату, — потеряно произношу я.
— Ошибка молодости, — смеется Мирон и быстро выдергивает руку, затем натягивает рукав водолазки, скрывая татуировку и заводит машину.
— Что там написано, на каком языке?
— Секрет, Ева, — натянуто улыбается парень и мы замолкаем.
В машине разливается напряжение, каждый думает о своем, но не знает с чего начать.
Я все же набираюсь смелости и произношу, то на что решилась сегодняшним утром.
— Мирон, я думаю ты должен понимать, что у меня никогда не было серьезных отношений. Раз уж ты любишь прямолинейность, я тебе скажу, ты мне очень нравишься. Но так быстро, несмотря на то, что между нами уже что-то было, — меня передергивает, стоит только представить как я забыла о собственном первом разе. — Я не могу так быстро. Просто дай мне время. Хотя бы, чуть-чуть.
— То есть дело лишь в этом? — резко бросает Мир, отрывая взгляд от дороги, он поворачивается ко мне и я вздрагиваю, как же они похожи с братом, ужасно просто.
Как их только родители различают?
— Да, Мирон, — спокойно отвечаю, внутренне негодуя на саму себя за то, что опять вспомнила о Кире.
— Не в Кирилле? — Напряженно спрашивает он, крепче сжимая руль.
Я вижу, как Мирон реагирует на собственное упоминание о брате, ему неприятно. Потому я стараюсь его успокоить и убедить в том, что Кирилл мне совершенно безразличен.
— Да причем тут твой брат, я его вообще не перевариваю, — нагло вру, смотря в темные глаза, сверкающие чем-то нехорошим, будто предостерегающим меня. Но куда там, я уже завелась и теперь это не остановить, потому что я обижена на Кира, сильно обижена, и мне становится чуточку легче, когда я выплескиваю все это на его брата. — Ненавижу таких беспринципных раздолбаев и бездельников, как он. Поэтому не понимаю, с чего ты решил что он может мне нравится.
Кирилл безответственный, до сих пор не повзрослевший родительский сынок, который абсолютно не заботится о собственном будущем, прожигая днями напролет свою жизнь.
— Беспринципный говоришь, — нехорошо усмехается Мир, и поворачивается обратно к дороге. А я начинаю переживать, что со злости перегнула палку, ведь они же братья.
— Прости, если обидела тебя.
— Нет-нет, Ева, к сожалению ты во многом права и я тоже считаю брата таким же.
