Онлайн-библиотека книг
Потом я готовлю ужин из того, что нахожу в холодильнике. Там негусто – только то, что Кирсанов заказал в последнюю доставку, но этого хватает и на жаркое, и даже на румяный пирог.
Когда Максим возвращается домой, у меня накрыт стол. Пусть скромно, но с любовью.
— Как в старые добрые времена, — улыбается он, протягивая мне огромный букет, – только не реви!
— Не буду.
— А я говорю, не реви.
— Не буду-у-у-у…
— Тася!
В общем, гормоны штука веселая. Я еще дважды за вечер срываюсь на слезы. Один раз, когда мы перебираемся к телевизору и попадаем на финальные кадры какой-то романтической мелодрамы, а второй, когда Максим спрашивает, в какой комнате будем делать детскую.
Зато вечером, когда наступает время сна, а Кирсанов не уходит и вместо этого ложится рядом, притянув к себе под бок, я расплываюсь в счастливой улыбке и обнимаю его крепко-крепко.
— Задушишь, — смеется он.
— Я просто боюсь, что это сон, что ты исчезнешь.
— Никогда, — с этими словами накрывает мои губы своими, и все тревоги отступают.
Его поцелуй долгий и нежный, прикосновения полны страсти, и в тоже время бережные и аккуратные, словно я хрустальная статуэтка, которая может разбиться от неосторожного движения.
Я задыхаюсь от любви, от ощущений, что лавиной накрыли с головой, и от осознания того, что мне чертовски повезло с мужчиной. Он самый лучший, и я приложу все силы, чтобы сделать его счастливым и искупить все то, что натворила.
Глава 16
Дальше нас ждал очень непростой период, когда пришлось заново выстраивать отношения.
Кирсанов просто сказал: моя, не отпущу.
А я ответила: твоя, не отпускай.
Вцепились друг в друга, как две пиявки, и не разодрать, не растянуть в стороны.
Свое обещание он сдержал и отправил Сашку далеко-далеко. Она не сопротивлялась, позвонила мне только один раз, уже когда приехала на место, и спросила:
— Ты счастлива?
— Да.
— Береги это счастье.
— Буду стараться. А как ты?
— А у меня все впереди. Если что понадобиться – только позови.
И хоть у нее беда с эмоциями, хоть она совершенно не умеет их показывать, я знала, чувствовала, что она рада. И что она всегда будет за меня…какую бы фигню я бы не натворила. Моя единственная, такая же бедовая, как я сама, подруга.
