Я буду мстить

– Воровать тоже уметь надо…

– Вы давно тут живете? Вы тут родились?

– Я родилась в детском доме, – сказала я, сама не зная, почему разоткровенничалась. Наверное, потому, что таксист – случайный человек. Уедет и все. Ему не понять, что есть моменты, когда богатство не только не радует, оно раздражает. Он не знает, какой ценой это все мне досталось…

– Просто стечение обстоятельств, – задумчиво продолжала я. – Сначала это стечение обстоятельств казалось мне ужасно счастливым, но спустя годы я поняла, что это не так.

В Доме ребенка я чувствовала себя намного спокойнее и защищенное, чем в этом роскошном особняке с тем человеком, который называл меня своим отцом…

Взглянув на ничего не понимающего таксиста, я рассчиталась и вышла из машины.

Зайдя в дом, увидела мирно спящего в кресле Роберта. Гремела музыка. Выключив магнитофон, я подошла к брату и потрясла его за плечо. Роберт вскочил и сонным голосом спросил:

– Который час?

– Двенадцать ночи.

Услышав это, Роберт стремительно бросился к выходу. Я пожала плечами, поднялась к себе и подошла к зеркалу.

Сказать, что я выглядела не совсем прилично, значит ничего не сказать. Я выглядела просто отвратительно. Одежда забрызгана грязью, лицо какого-то черного оттенка – скорее всего от дорожной пыли и слез. Несмотря на поразившее меня зрелище, я заметила, что мои глаза не слезились, а ведь горела огромная люстра. Я с силой пнула стоявший на полу подсвечник. Больше никаких подсвечников и никакой темноты! Я скинула грязное платье и критически осмотрела свое тело. Дверь распахнулась и на пороге моей спальни появился Роберт. Он был испуган и ужасно возбужден.

– Женька, Светлана пропала, – протараторил он и оторопело уставился на мое обнаженное тело: я стояла в одних тоненьких трусиках, держа в руках нежный ажурный лифчик.

– Как это – пропала? Она что, маленькая, что ли? Не успела приехать, как уже пропала.

Роберт сел на первый попавшийся стул и стал бессвязно бормотать:

– Светка родилась в совершенно другой семье. Они всегда жили за порогом бедности.

Отец – алкоголик, мать – уборщица в столовой. Двое голодных сестер, брат – наркоман. Они даже мяса никогда не ели. В основном какую-то баланду из крупы, картошки и капустных листьев. Наверное, от этой баланды у самой младшей сестры развился прогрессирующий рахит. Я всегда Светку жалел. Ведь она от такой скотской жизни могла снаркоманиться, на панель пойти… А у нее гордость есть. Я это сразу заметил. Когда у меня поселилась, к нормальной жизни долго привыкала.