Вместо того, чтобы нормально ее разогреть, сразу полез в нее. Правда, сил терпеть у меня не было. Но всё же… Похоже, я конкретно облажался с ее первым разом.
Еленка почти сразу же фокусируется на моем окровавленном боку:
— Что это?
— Подрался. Ножом ударили.
— Платон, ты специально? Чтобы я никогда этот день не забыла?
— Нет, Лен. Я бы до такого не додумался.
Она вздыхает, качает головой.
— Иди туда, — указывает мне направление в гостиную.
— Скорую вызвать? — спрашивает, хмурясь.
Я представляю заголовки газет и морщусь.
Бок болит, но раз я сюда дошел, то значит, ничего катастрофического нет.
— Слушай, я лучше врачу своему позвоню.
— Точно! Давай ты еще у меня тут загнешься?!
Я усаживаюсь на диван.
— Тридцать три несчастья! — ругается Лена, — Дай посмотрю.
С ее помощью я снимаю куртку, а потом она задирает шот, и осматривает рану.
— Ничего серьезного. Просто царапина, — подводит итог, — Звони своему врачу.
— У меня телефон разрядился, — сообщаю ей.
— У меня нет слов. Как ты компанией руководишь?"
"Она приносит аптечку и зарядку.
Накладывает мне повязку. А я не могу ей надышаться. И плевать, что полчаса назад я был готов ее убить. Сейчас я снова слежу за каждым ее движением. Потом не выдерживаю, хватаю в охапку, прижимаю к себе.
— Пусти, дурак! Кровотечение усилится.
Мне все равно. Вот так бы сидеть вечно и обнимать ее.
— Лен, ты как? Сильно больно было? — осиливаю первые нормальные вопросы.
— Это ты к чему спрашиваешь? Готова ли я продолжить? Нет, не готова. И да, было больно.
Очень.
— Маленькая, но как-то все через это проходят.
— Платон, давай тему секса пока отложим. Тебе нужно либо позвонить своему врачу, либо вызвать скорую. Тебя должен посмотреть специалист.
Нехотя, разжимаю руки.
— Ладно.
Она ставит мой телефон на зарядку и отдает мне. Я включаю его, дозваниваюсь до семейного врача, который обещает сразу же приехать, диктую ему адрес.
Мне хочется обсудить с ней то, что между нами случилось. Я по-прежеему ее хочу. Как какой-то маньяк. И у меня должен быть второй шанс.
Обязательно.
— Лен, — никак не могу оставить ее в покое, — иди, посиди со мной. Пожалуйста. Лезть не буду. Честно.
Докатился ты, Платон Игоревич. Скоро эта девчонка из тебя цветные веревочки вить будет. Но ничего не могу с собой поделать. Относительный покой ощущаю лишь тогда, когда Лена опускается на диван рядом со мной, а я закидываю ей свою руку на плечи.
— Тебе, наверное, к гинекологу надо? — задаю вопрос, почти не надеясь, что она мне ответит.
