Серый так мнется, обычно, когда хочет затронуть только одну тему.
– Я видел твою мать.
– Рад, что она еще не сдохла. Что-то еще?
– Мы с ней разговаривали…
– И?
– Она ищет тебя.
– Ну, удачи ей, – горький привкус желчи обжигает горло.
– Она сказала, что… – Серега снова медлит.
Я в секунде от того, чтобы перевернуть стол:
– Говори!
– Он очнулся.
Нервная система дает сбой, сжигая такое количество клеток, что не получается сразу прийти в себя.
Говно не тонет.
В глазах темнеет, а потом появляются красные вспышки.
Руки сжимаются в кулаки. Слышу, как хрустит телефон рядом с ухом.
– Ник, может тебе?..
– Пока, Серый.
Сбрасываю звонок и впечатываю телефон в столешницу. В башку словно воткнули кинжал. Очнулся, значит? Жаль, что мать тогда не дала мне спуститься. И она с ним? До сих пор? После всего?..
Заменяю кислород дымом. Сигарета одна за одной, пока легкие не начинает печь. Дел сегодня точно не будет. Тянусь к мышке, чтобы выключить комп, но останавливаюсь.
Неплохо бы отвлечься, и у меня есть одна идея.
Хватаю куртку с края стола, залезаю во внутренний карман и вытаскиваю флешку, которая лежит там с понедельника. Одно точное движение и на экране появляется папка с файлами. Фото и видео. Бегло просматриваю, пытаясь найти нужную дату, но ее нет. Есть только «до» и совсем ничего нет «после».
Передо мной появляются фрагменты жизни семнадцатилетней девчонки. Яркая, звонкая. Она практически всегда смеется или улыбается. Так открыто и так искренне.
С интересом смотрю видео, где Аня бегает по школе и обнимает всех подряд, ввергая в ступор и тихий восторг. Потом еще одно, где она танцует на лавочке в парке и поет, положив перед собой раскрытую сумку. Пролистываю кучу селфи со смешным выражением лица, и все-таки нахожу парочку секси-фоток. Малышка любила высокие каблуки и короткие юбки. Она была зажигалкой. Свет в синих глазах излучал жажду жизни. Оторви и выкинь, так говорят про таких девчонок.
Только на одной фотографии Аня выглядит более-менее знакомой.
С одной стороны от нее стоит женщина с убранными в высокую прическу светлыми волосами и в наглухо застегнутом пальто, а с другой – мужчина с темно голубыми глазами, небрежно обнимая Аню за плечи. Семейное фото, если я правильно понимаю. На лицах тройки нет ни теплоты, ни радости. Ничего. Отрешенность, а у Ани еще и обида."
"Заканчиваю копаться в прошлом Ани и понимаю, что нужного так и не нашел.
