Открывается дверь…
– И у кого тут день рождения? Иди сюда, именинница!
Сердце наливается свинцом. Знаю этот голос. Шорох верхней одежды замедляет дыхание. Не-е-ет… Только не это.
– Какой же может быть девичник без мальчиков? – гогочет Володя. – У вас тут вообще тухляк, наверное.
Так и стою, замерев с ножницами в руке. Даже не знаю, в чей глаз я хочу воткнуть их больше. В Викин или в Володин?
– Да вы проходите, ребят. Проходите, – суетливо отвечает Лариса. – Ох. Вау! Спасибо.
– С днем рождения, – произносит хриплый сильный голос.
В списке жертв появляется явный фаворит, но только на пару секунд, пока не приходит паника. Поворачиваюсь к окну. Интересно, какой тут этаж? Далеко лететь? Бросаю беглый взгляд на дверь, ведущую в коридор.
Какого черта он здесь делает? Вика, мать-перемать!
Не успеваю подумать, как соседка входит в комнату и тут же поднимает руки в защитном жесте:
– Только не психуй. Мальчики захотели приехать, все были не против и…
– А меня не додумались спросить? – шиплю я.
– Большинство было «за», Ань.
Но я не знала, что Никита с ними. Честно!
– Пофиг! Я ухожу, – бросаю ножницы и вытираю руки бумажным полотенцем.
– Аня… – вздыхает Вика. – Это не обязательно. Мы продолжим веселиться.
– Вот и веселитесь.
Делаю пару шагов к выходу, но торможу, закрываясь в себе. Я тоже хотела повеселиться. Нормально… Отдохнуть, выпить, посмеяться. Я устала прятаться. Устала. Мне хочется жить. Хотя бы недолго. Хотя бы сегодня. Почему я каждый раз должна убегать и бояться?
Это был мой вечер.
Мой!
Возможно, стоит остаться ненадолго. Не такая уж я пьяная, все контролирую. Мне нужен глоток свободы. Я так больше не могу. Я задыхаюсь в чужой оболочке.
А еще…
Хочу посмотреть в лживые карие глаза.
– Ладно, – произношу тихо. – Иди. Я сейчас закончу с кальяном и приду.
– Серьезно? Ты остаешься? – Вика радостно хлопает в ладоши.
– Зря я что-ли мучилась с этой бандуриной? – взмахиваю перебинтованной рукой.
– Супер!
На крыльях Викиного восторга мне прилетает поцелуй в щеку. Она уносится в гостиную, а я набираю полную грудь воздуха, глядя в пустоту.
Изломанная душа жмется в свой темный угол.
Спокойно, моя хорошая. Я не дам тебя в обиду. Больше не дам. Мы ведь с тобой теперь знаем, что и как? На своей шкуре прочувствовали. И ошибок не повторим."
"А коленки-то дрожат, когда я вхожу в комнату, наполненную смехом и шумными разговорами. На мгновение все замолкают. Продолжаю шагать, как ни в чем не бывало, потому что кальян вообще-то тяжелый.
