Вова с Викой берут парный раунд и демонстрируют десять поз из Камасутры, что для них, кстати, не такая уж и большая проблема. Лариса танцует эротический танец на коленях у соседа справа, точнее у соседки, которой оказывается Вера. А та в свою очередь оставляет три засоса на шее приглянувшегося ей парня. Света включает актрису и отыгрывает оргазм бывшего в трех состояниях: уставший, пьяный и страстный, хотя они мало чем отличаются друг от друга.
Когда очередь доходит до Марины, мне становится уже не так весело.
Ей нужно снять трусы и покрутить ими над головой. Она, конечно же, справляется. На раз два. С такой легкостью и грацией, словно делает это каждый день. И то, что она в чулках, ей очень помогает.
Надеюсь, Никите нравится.
Короткая вспышка воспоминаний пронзает мысли.
Такая же гулянка на хате. Похожая игра. Уже точно не помню, что там были за правила, главным было выделиться и привлечь внимание. У меня это хорошо получалось. Моим заданием было снять лифчик, а не трусы. И я сняла. Сняла, а потом надела на голову…
Не хочу даже мысленно это имя произносить.
Его образ в памяти выжигает кислород в легких, оставляя один угарный газ.
Если бы я тогда вела себя по-другому, это бы что-то изменило? Только моя ли вина в том, что все закончилось так? Было ведь, типа, весело. Улыбки, смех, спертый воздух в комнате и режущий глаза яркий свет. Стол заставленный бутылками. Кого винить? Или что?
Смотрю через стол на Вову. Как всегда, снимает все на телефон. Еще бы… Память по синьке часто подводит, а так есть вещественные доказательства чужого позора.
Проломить бы ему башку мобильником и снять на другой, чтобы запомнил на всю жизнь.
Веселый хохот наполняет комнату, кажется, из стен скоро повылетают кирпичи. Общее настроение захватывает. Совсем немного, но… Не буду врать. Я улыбаюсь. Наблюдать за этим трешем забавно, пока он не выходит за рамки.
– А кто устанавливает рамки? – голос Никиты звучит в голове.
Как-будто мне его настоящего не хватает.
Поглядываю на него из под ресниц.
Спокоен и сосредоточен. Лицо не выражает ничего определенного. На губах нет и тени улыбки. Такое ощущение, что он где-то далеко. Что же он такое? Нельзя быть таким отрешенным, а потом в секунду загореться яростью. Может, это его демоническая сущность шалит?"
"Сидеть у него на коленях становится уже супер неловко, но малейшая попытка поерзать сопровождается сокращением крепких и сильных мышц и моим обездвиживанием. Прикольно… Ничего не скажешь.
