Жди здесь, – строго произносит Клим и уходит.
Вот так просто? Дьявол! Что ж я сразу так не сделала? Оказывается, иногда обычная честность, без всяких масок и ширм, может сделать куда больше, чем крики и истерики.
На улице беснуется ветер, нет ни намека на приближение весны. Клим, нажав на кнопку брелка, открывает машину и скрывается внутри. Ну еще бы. Кожанка на футболку. В феврале! Точно псих.
Заглядываю в салон автомобиля в поисках телефона. Проверяю все щели, но там только пыль и пустые пачки сигарет.
– Сядь и закрой дверь.
Холодно, – стучит зубами Клим.
– Может быть, потому что зима? – язвительно отвечаю я, продолжая играть в Индиану Джонса. – Его здесь нет!
– Посмотри под креслом. Только сядь в машину сначала.
– А ты не хочешь помочь?
Бросаю на Клима недовольный взгляд, но было бы странно, если бы сработало. Клим молча заводит мотор и включает печку. Сажусь в машину, закрыв за собой дверь, и наклоняюсь вниз. Пусто. Что за фигня? Я точно помню, что выходила из караоке с телефоном, то есть он может быть только здесь.
Щелчок замка ударяет по мозгам. Резко выпрямляюсь и хватаюсь за ручку двери. Заперто! Да он что? Издевается?
– Какого черта ты делаешь?
– Я же вчера объяснял, Ань. Ты что не слушала?
Машина трогается с места, и я, раскрыв рот, таращусь на Клима. Уверен и спокоен, словно здесь не происходит почти похищение. У него все нормально. Обычный день психопата. И о чем именно он говорит? Я снова его доброе дело? Не очень похоже. Или это очередная попытка подружиться? Если да, то…
– Останавливай!
– Снова будешь истерить?
– А ты снова будешь вести себя, как мудак?
Клим бросает на меня косой взгляд, и я тут же прикусываю язык.
Салон наполняет теплый воздух, но мне становится невыносимо холодно.
– Я должна найти телефон, чтобы позвонить родителям, – объясняю я, взывая к остаткам терпения.
Клим достает из внутреннего кармана куртки старенькую кнопочную трубку и протягивает мне:
– Номер помнишь?
– Да, но…
– Скажи, что твой сломался.
– И выписать себе годовой абонемент на упреки? Если бы все было так просто, то я бы уже давно им позвонила и не стала тащиться к тебе.
– Техника иногда ломается. Всякое бывает.
– Мои родители считают, что ничего не может сломаться само по себе, а значит все равно вынесут мозг за то, что я криворукая овца.
– Вещи нужны, чтобы ими пользоваться: ломать, выбрасывать и покупать новые. Мы потребители. Пожевали и выплюнули.
– Вот именно! Я тоже так думаю. Глупо трястись над новыми тряпками.
