— Я сам все объясню, так что можете быть свободны.
— Хорошо, Олег Витальевич, — довольно улыбнулись солдаты и отступили дальше в проход.
Старичок же повернулся к солдатам.
— Кто у вас главный?
Вперед вышел мужчина и протянул руку.
— Полковник, Лифанцев Евгений Анатольевич. С кем имею честь говорить?
— Донцов Олег Витальевич, представитель губернатора перед общественностью.
Мужчины обменялись рукопожатиями.
— Я чуть позже представлю вас губернатору, — пояснил Донцов, пристально всматриваясь в солдат. — А пока князь Кузнецов выделил вам отдельное здание и полное обследование с восстановлением в нашем лазарете.
Так что прошу…
— Но мы должны дождаться царя… — неуверенно сказал Лифанцев.
— Думаю, губернатор, обеспечит лично его защиту, не переживайте.
Один из кремлевских солдат выглянул из-за плеча начальника.
— А кто этот губернатор?
— Ох… Это птица редкого полета, — многозначительно ухмыльнулся Донцов. — Вас проводят, а мне пора на разговор. Таковы правила, прошу меня простить.
Олег Витальевич подождал, пока придет его помощник, уведет покалеченных солдат в лазарет и направился к кабинету.
Он нагнал Романовых как раз перед входом в кабинет.
— Прошу, — поклонился Донцов и открыл дверь, пропустив внутрь знатных гостей."
"Внутри было светло. Панорамные окна хоть и были зашторены, но множество ламп и люстр делали помещение каким-то праздничным. Куча подушек, раскиданных по полу. Маленький журнальный столик, на котором стояли горы документов. И что самое удивительное рядом стоял маленький стульчик.
Обычно на таких сидят дети в садике, причем в начальных группах. Однако у стульчика были колесики и сделан он был из дорогой кожи.
— Господин губернатор? — окликнул Донцов. — Где вы? К вам царь Петр Романов!
В дальней части кабинета за стеллажами книг послышалась возня.
— Ох, простите, что немного не рассчитал время, — раздался голос, который показался Петру немного странным. — Раз с вами познакомиться, великий царь, Петр Петрович, — задние стенки стеллажей были прозрачными и через них проглядывалась фигура человека.
— Вы человек, с чьих уст слетают слова похвалы, восторга, наказания. Тот, кто посвящает себя другим и дает советы с достоинством и благородством.
Фигура начала двигаться вдоль стены.
— Но теперь вы раненый волк… Или лучше назвать вас лев? Вам некуда бежать. Не к кому обратиться…
— К чему ты клонишь? — спокойно спросил царь.
— Ни к чему. Просто мне был интересен такой человек, как вы.
