Мы с Лорой посовещались в нашем внутреннем хранилище, и было решено предложить Императору алмазные копи, которые мы обнаружили в деревне Буяный.
Когда я рассказал ему об этом, глаза Император сразу же засверкали, но он, получив свой заказ, с восточной неторопливостью продолжил слушать меня и одновременно есть.
В итоге он не сказал ни «да», ни «нет», а обещал подумать. Однако в его глазах все же был заинтересованный блеск.
— На востоке не принято сразу соглашаться, — сказала Лора. — Он сначала поломается, приценится… спросит жену… и блаблабла…
— То есть он согласен? Или…
Лора пожала плечами.
— Должно быть! Дай ему время! Все же копей у нас пока нет.
Обсудив еще пару вопросов, мы распрощались. Не успел я направиться обратно в администрацию, как столкнулся с Юлием. Крепко пожав ему руку, повел его в тот же самый ресторан. Там не давал ему говорить до того, пока он не съест свою порцию.
Однако он был настойчив — съел всего половину, а затем завел разговор:
— Моя жена сказала, что все равно приедет на Сахалин.
Что бы ей это ни стоило!
— И ты хочешь, чтобы я принял ее?
Немного покраснев, генерал кивнул, а затем сунул в рот ложку горячего. Аппетит у него был зверский. Неудивительно, после того, что он пережил.
— Она приедет с группой Фанерова, — сказал он со вздохом. — Говорят, они вот-вот будут здесь.
— Я сообщу Перестукину, чтобы встретил. Но на кортеж и торжественный прием не рассчитывай. Мы тут все нынче почти на осадном положении.
Юлий замотал головой.
— Для меня главное, увидеть ее и детей.
А формальности — к черту их!
— Отлично, — кивнул я и перевел тему: — А как вообще в Империи без тебя? Все же ты был главным в армии.
— Был… Но пусто место не бывает, и пока остальные генералы грызуться за мое место, всю власть в армии взял Император. Ну, удачи ему… Она ему понадобится.
Поговорив еще немного, я оставил его добивать свою порцию и наконец смог добраться до администрации, а там поднялся к кабинету Эля.
С той стороны двери раздавались какие-то странные гагакующе-крякающие звуки.
И их слышали не только мы с Лорой, а весь этаж. Люди в соседних кабинетах сидели как на иголках.
— Мне уже страшно… — вздохнул я и, постучавшись вошел. Звуки тут же оборвались.
Эль со своей возлюбленной сидели за столом друг напротив друга, и да, гусыня заняла половину помещения. На диване, в свой обычной позе, сидела Палмер. Она была слегка в шоке.
— Нет, я все понимаю, Эль, — сказала Палмер. — Ты взрослый мужчина, и тебе уже пора строить личную жизнь.
