— Добрый день, Михаил. Алефтин Генрихович нам много рассказывал о вас! — протянул руку полноватый мужчина. — Меня зовут Емельян Сергеевич. Пожалуйста, проходите.
Глава 20
«Радио свобода»
Радио «Свобода слова».
За сутки до этого.
— Емельян Сергеевич, у вас на второй линии звонок из института, — сообщила по телефону секретарша Светочка.
Теперь он чаще называл себя Трубачем, чтобы привыкнуть к этой кличке. Все же в преступных кругах его настоящее имя знали единицы, и то те, кому он более-менее доверял.
Для прикрытия он с Трубецким выкупил часть радиохолдинга одного из должников графа, и Трубача посадили на это место.
Теперь у него было неплохое прикрытие на должности директора радио."
"По сути, Емельян Сергеевич за это время познакомился с нужными людьми, оброс приличными связями, и все только для того, чтобы начать воплощать долгий и очень сложный план по устранению Кузнецова.
Правда, радио не имело к этому никакого отношения. Тут все было чисто и прозрачно.
Хотя на днях к нему обращались какие-то подозрительные люди с просьбами рассказать в эфире про Кузнецова то, что они предоставят.
Но без доказательств Емельян Сергеевич был вынужден им отказать.
Он достаточно давно варился в этой сфере и понимал, что они хотят сделать. Но также он видел последствия.
Новости о графе Кузнецове, которые хотели ему всунуть, были не шокирующими, но довольно неприятными. Таким обычно занимается желтая пресса. Они бы его не убили, но этот пацан точно начал бы копать и в первую очередь навестил бы радио.
И кто знает, что бы он смог нарыть?
Трубач понимал, что парень не такой простой. Теперь он целый граф со своими достаточно сильными связями. Да и после победы на Универсиаде в его силе можно не сомневаться.
— Емельян Сергеевич… — еще раз произнесла в трубку секретарша.
Он потряс головой, отгоняя разыгравшуюся фантазию.
— Соедини.
Два долгих гудка и легкий щелчок.
— Емельян Сергеевич, здравствуйте, — послышался с той стороны грубый мужской голос. — С вами говорит Звездочет Алефтин Генрихович.
Замдиректора КИИМ.
— Очень приятно познакомиться, — без доли вранья ответил Трубач. Кажется, в его влиятельной коллекции знакомых, прибавление.
— Не буду ходить вокруг да около, у меня не так много времени, поэтому скажу как есть. Мы бы хотели, чтобы наш ученик выступил у вас на радио в качестве победителя Универсиады, и заодно сделал бы институту небольшой пиар.
Победитель Универсиады… На секунду Емельян Сергеевич задумался, а потом до него дошло.
