Лора так же наглядно показала мне, как это будет выглядеть.
— Как насчет того, чтобы я был за рулем, а вы на мотоциклах? — предложил я.
— Вот и договорились, — странно улыбнулась Екатерина, словно ожидала такого ответа.
Хоть мотоцикл достался в споре, мне тоже не хотелось с ним прощаться. Все же рассекать по городу на двухколесном монстре куда веселее.
А еще тут имелось радио. Но оно исполняло какие-то церковные завывания, и мы быстро его отключили.
Всю дорогу мы летели не сильно высоко, мало ли что, да и скорость была не самая большая, но все же первый мой полет получился довольно интересным и захватывающим.
Кицуня, как и Болванчик не переставали глазеть в окошко, стоя у меня на коленях. Даже царевна умилилась моим питомцам.
— Я думала, что это робот, — ткнула она в Болванчика.
— Нет, это что-то живое, но я так и не понял, что именно, — оторвав от Болванчика одну детальку, я дал царевне. — Он довольно общительный, если человек ему нравится.
В ответ деталька в руках Катерины засияла мягким фиолетовым оттенком.
— Ну вот, ты ему нравишься. Кстати, а у вас во дворце не было таких деталек?
Спросить будет не лишним. Все же я помню, как Звездочет достал откуда-то новые детали.
— Даже не знаю. Я посмотрю. Может, наш казначей знает…
За нами следовал небольшой конвой. Вначале мне казалось, что это Ульрих со своими людьми или полиция, но нет. Болванчик показал, что это люди конунга. Личная охрана.
— А он хорош, — похвалила Лора.
— Ага, надо бы его как-нибудь еще навестить, — кивнул я.
Долетев до стены, мы остановились у гаража с мотоциклами. Нас уже ждала служба досмотра.
— Машину оставляем, все содержимое достаем, — бесцеремонно сказал какой-то усатый суровый мужик, который думал, что он на своем посту царь и бог.
— Это с какой это стати? — удивился я, приподняв бровь и, конечно же, не став ничего делать. — Мотоциклы выкатывайте. Мы домой едем!
— И водочки нам налей! — хихикнула Лора.
Судя по всему, конунг занят перегруппировкой замка, наращиванием сил и другими проблемами, которые на него свалились сразу, как только он вышел из плена.
— Сами выкатывайте, мы к чужому транспорту не притрагиваемся. Мало ли что, — усмехнулся мужик. — За двадцать лет, пока я служу на этом месте, разное повидал.
Вот странно бывает. Человек служит десятилетиями и думает, что это его владения. А значит, и правила он может диктовать сам. Это не от большого ума. Иначе он бы продвигался дальше по карьерной лестнице. Хотя, кто знает, что его тут держит.
