В то, что Лермонтов — сам по себе маленькая армия, знал каждый из присутствующих, и он был самым неудобным противником, особенно, если против него выступает войско. Все же в его случае, чем дольше ведется масштабное сражение, там выгоднее некроманту. Враг умирает и становится членом армии. Удобно? Да невероятно! Хотел бы я его способности? Хороший вопрос. Скорее, в исключительных случаях, а не постоянно. Мне больше по душе собирать питомцев, чем трупы.
— Что с Юлием? — спросил я.
— Он пропал во время сражения, спасая остальных членов своего отряда, — голос царя звучал ровно, как будто он читал отчет.
— Нам надо понять, как действовать дальше, так как теперь мы имеем дело и с моим отцом, Петром Первым.
— Я при жизни его не встречал, — поднял я руку. — Что он сделал, что вы его заточили в тюрьму? В учебниках истории немного другая информация.
— Верно, — кивнул Петр. — В учебниках почти все правда, кроме того, что при свержении я его убил. К сожалению, он бессмертен, во всех смыслах этого слова.
— Как вы и остальные члены отряда Кузнецова? — уточнил я.
— Нет, — покачал Петр головой. — Меня можно убить. Как и Пушкина, что собственно, почти и произошло. И Есенина, и остальных. Всех, кроме моего отца. Он регенерирует моментально.
— Сжечь? — спросил Кутузов.
— И не раз.
— Утопить? По-моему очевидно спрятать его в металлический гроб и на дно океана?
— Один раз он чуть не выбрался. Доставать было проблематично из-за монстров в океане, так что от этой идеи мы отказались.
— Что от нас требуется? — спросил я.
— Сережа, Петя, вы продолжайте защищать границы. Прорывы происходят все чаще. Миша, твоя задача примерна та же. У тебя целый Сахалин, так что пока укрепляем границы. Я пока буду заниматься внутриполитическими проблемами. Внешняя разведка ведет поиски других алтарей, так что просто будьте на связи. Также хочу напомнить, что есть Саша Есенин, и необходимо держать эту переменную в голове.
Мы кивнули. Хотя из-за того, что давно не умирал очередной сильный маг, то Саша, как будто, успокоился.
Еще этот Буслаев, будь он неладен…
На этом мы закончили наше собрание. Информация получена. Теперь осталось ее переварить.
Вышли мы с кабинета царя в полном молчании. Никто не хотел шутить. И генерал, и адмирал были предельно серьезны.
— А ведь прорывы стали появляться все чаще… — произнес Кутузов, когда мы спустились на парковку.
— Что будем делать, Сережа? Мы не можем просто сидеть и ждать, пока очередной генерал хаоса или алтарь объявятся.
