Как только его ладонь встречалась с этим заклинанием, оно отрезало ладонь, и на ее месте тут же появлялась новая.
— А ты знала, что он может так регенерировать? — удивился я.
— Валера изучен только на три процента… — развела руками Лора. — Примерно…
— Как он вообще умудрился погибнуть и переродиться?
Тем временем, Валера приземлился. Его руки полыхали, и в каждой он держал по смертоносной сфере.
— Как ты… — удивился князь, но быстро сообразил, что сейчас не время удивляться, и перешел к новой атаке.
— Что ты так удивляешься, князь! Хватит сдерживаться! Нападай всем, что у тебя есть! Я знаю, что это не самое сильное из твоего арсенала! — улыбнулся Валера.
— Это лишено здравого смысла, — выдохнул Есенин и выпрямился.
— Здравый смысл? Я что-то не помню, чтобы у меня когда-то была такая ненужная штука… — После чего кинул сферы в Есенина. — Не помри от своих же атак!
Но как назло кто-то настойчиво начал звонить мне на телефон.
— Миша, надо взять… — многозначительно произнесла Лора. — Это царь.
— Блин… Я не думал, что так быстро до него дойдет…
Я взял трубку.
— Миша, — голос царя звучал ровно и спокойно. — Это ты на севере Москвы?
— Да, — признался я. — У меня сложный разговор с князем Есениным.
— Ого, настолько? — удивился он. — Мне стоит волноваться?
— Нет, — серьезно ответил я, понимая, что другого выбора все равно не было. — Князь превратился в хлюпика. И я не могу просто так смотреть на то, как один из сильнейших магов прозябает в синей яме. Я посчитал, что просто выбить из него дурь будет самым верным способом.
— Это все замечательно, но я бы не советовал тебе злить Есенина. Я то знаю, на что он способен. К тому же, ваша… кхм… беседа слишком громко гремит на весь город, так что к вам едут несколько отрядов военных магов с ближайшей базы.
— Я вас понял, ваше величество. Мы постараемся не шуметь, — хотя как раз в этом я был сильно не уверен.
— Мы? — удивился он.
Но я уже отключился.
Есенин же, как и говорил царь, кажется, начал терять контроль.
Пламя, что окутывало его, изменилось на яркие белые языки. Кожа покрылась мелкими трещинами, через которые так же бил свет.
— Ты мне надоел, монстр! — зарычал нечеловеческим голосом князь и расставил руки в стороны.
— Удиви меня, — крикнул Валера, так же расставив руки.
Князь схватился за воздух и с силой начал сжимать его. Пространство начало искривляться, вжимаясь само в себя. Выглядело это так, словно фотографию кто-то начинает медленно сминать.
